Остров

— Тогда лети, — усмехнулся тер’коэр, делая первый шаг. — А у нас времени маловато. Я лично намерен до темна оказаться на Тропе.

Выбеленные светилом кости, рассыпаясь на мельчайшие осколки, хрустели под ногами. Над полем царила глухая тишина, нарушаемая только этим хрустом. Полукровки шли молча. Чем ближе подходили они к скалам, тем холоднее становилось вокруг. Несса ежилась.

Наконец мертвое поле закончилось, и они вступили на замощенную площадку, в конце которой начиналась довольно узкая тропа, ведущая к перевалу и дальше, к Замку.

Вход на тропу обрамляли два высоких каменных столба, увенчанных черепами самых крупных из демонов, треас’дар’ашур. Несса даже побоялась представить себе размеры этих чудовищ — в каждом из черепов спокойно могли спрятаться двое из них. А если потесниться, то и все трое.

— Ну что же, — подвел итог Тарташ, закончив созерцать останки древних чудовищ, — дорогу мы осилили. И если мне не изменяет чутье, никого с собой не привели. Ну а я освоил еще один трюк.

И довольный тер’коэр показал спутникам совершенно целый котелок, без каких-либо следов пробоины. После чего широко улыбнулся и выкинул посудину:

— Надеюсь, он нам больше не понадобится.

Глава 4. Замок

Четыреста шестьдесят два оборота назад

— Демон?! — закричал юноша, пытаясь вскочить с лежанки. Взгляд его испуганно заметался в темноте, не в силах уцепиться хоть за что-то. Келья сразу же показалась гробницей. Ноздри даже ощутили запах тлена.

«Тише, тише... Я не причиню вреда».

«Демон! Демон! Демон!» — билось в голове. Паника грозила окончательно похоронить его. Он бросился было бежать, споткнулся обо что-то невидимое, упал и окончательно потерял контроль над телом.

За обороты одиночества Торго стал немногословен: о чем неумехе разговаривать с растущими магами? Зато у него хорошо развилось воображение, восполняя недостаток общения картинками. Чем тоскливее и безнадежнее была его жизнь, тем ярче и красочнее были образы.

И сейчас оно живо изобразило ему огромное чудовище с клыками, рогами, шипами, яростно рвущее Торго на части и торопливо, жадно пихающее в пасть вырванные куски.

«Фу, какая глупость... Откуда ты это взял?» — неприязненно произнес голос. Надо сказать, в нем не было ничего злого или страшного. Просто голос. С глубокими обертонами, обволакивающий.

— Я знаю! Так... рассказывают. — Юноша все же сделал еще одну попытку удрать, на коленях отползая в темноту и упираясь в стену.