Ветер из Междуморья. Книга 1. Джай

 

Танец не стихал, и девушка продолжала самозабвенно кружиться с отрезом шелка, когда послышался стон и глухой удар, не скрытый даже нарастающим ритмом барабанов. Адонаш, как и треть гостей, - остальные ничего не заметили, -  повернул голову и увидел, что один из Мастеров, сидевших за столом князя, рядом с Хинси, лежит, уткнувшись лбом в столешницу, а второй Мастер – занимавший место рядом с невестой князя, заваливается, вцепившись руками в шею, из которой сочиться кровь. 

Все боевые Мастера и Адонаш тоже разом вскочили, выхватив оружие.

Время замедлилось, как только меч стал частью его руки, и Сила-кровь потекла по общим их жилам. Адонаш ясно увидел, как летит прямо в сердце Божена небольшой метательный нож, а за ним второй, отстающий лишь на два дюйма, нацеленный в правый глаз князя. В своей замедленной реальности он также увидел, как высокий темноволосый Мастер, согнув ноги в коленях, резко выбрасывает руки вперед, и воздушный поток Повелителя Стихий сметает оба ножа, которые, отклонившись, вонзаются в дерево стола.  

Послышался женский визг, невыносимо громкий в этом его состоянии, звон посуды, грохот мебели… Невеста князя потеряла сознание. А сам Божен встал, отстранив вознамерившихся закрыть его своим телом, Мастеров, обнажил клинок, глаза его запылали, как то бывает со всеми бойцами отмеченными Даром при прикосновении к оружию. Теперь ему уже не страшен нож убийцы, он среагирует и отобьет и стрелу, и метальный кинжал, и дротик.

 

Бой барабанов стих, а танцовщицы сбились в перепуганную стайку. Присели на корточки, обхватили головы руками и отчаянно дрожали. И лишь та, солирующая в танце, завернувшаяся сейчас в шелк, с которым танцевала, посмела поднять глаза и взглянуть на происходящее за столом князя.

Гости визжали, толкаясь и переворачивая посуду и мебель, пытались выбежать из зала. 

- Тихо!.. – заорал Божен, чудесным образом вернув порядок. – Сядьте на свои места!..

Люди, как зачарованные, стали возвращаться и занимать стулья за столом.

- Меня пытались убить, а не вас! Я спокоен, и вам бояться нечего! – продолжил он, и Адонаш с почтением отметил про себя, какой громкий, сильный и властный у князя голос.

Адонаш вложил в ножны свой клинок, второй он не доставал, и тоже присел. Дая дрожала. Итир и Гжин были бледными, как мел. 

- Что же это такое твориться?.. - завопил протрезвевший Хинси. – На пиру в честь помолвки!..