Миры под форштевнем. Операция "Цунами"

Плюнув на все, я подхватил за талию научную леди, поднял ее и четким поворотом усадил на стол, скинув с него всякие бумажки. В следующий момент дамочка уже лежала на спине с задранной юбкой, а я начал отрабатывать последовательность наступательно-возвратных движений.

Затрахала меня товарищ Кошкина на удивление серьезно. Вот уж не думал, что ботанички настолько любвеобильны. Или это у нее на почве исследований моего феномена заскок? Неважно, впрочем. Но нужно быть поосторожнее с такими дамочками чуть за сорок. Хотя красивая дама эта Кошкина, очень красивая.

И лицом, и телом, вот насчет души не знаю.

Меня выпроводили из кабинета, предварительно осмотрев и удалив следы помады. Засос, правда, оставила. Да еще схему движения нарисовала, чтобы не заблукал. А то у них тут реально как в НИИЧАВО.

Выбравшись из института, я наконец вздохнул спокойно и свалил на вокзал. Нет сил по Тропам ходить, реально замучили. Так что до Волгограда доеду на поезде, хоть подремлю. Дед сейчас там, гуляет по музеям и мемориальным комплексам.

Пока меня мурыжили яйцеголовые, дед ходил в стрелковый тир общества "Динамо", стрелял из спортивных винтовок и пистолета. На стрельбище ТуркВО пострелял из автоматов-пистолетов-пулеметов. А после летал в Севастополь, смотрел панораму "Оборона Севастополя", дома-то ее только через пять лет откроют. А сейчас вот в Волгограде "Разгром немецко-фашистских войск под Сталинградом" смотрит. Причем в обществе замечательной дамы пятидесяти семи годов, Зинаиды Николаевны, нашей соседки в Кибрае.

Очень приятная, красивая женщина. И выглядит моложе своих лет. Тетя Зина меня с пацанячьих пор знает, и появление деда пропустить просто не могла. А учитывая, что она три года как вдова, то как бы у меня еще одна родственница не появилась. Дед ей просто очарован.

Надо сказать, что старый барон в нашем мире освоился мгновенно. Да еще с такой проводницей... Впрочем, пусть. И дед жизнь прошел нелегкую и честную, и Зинаида Николаевна.

Раскусила нас тетя Зина сразу, влет.

Пришлось колоться. Удивление старой учительницы было сильным, но кратковременным, все-таки молодость ее прошла в эпоху великих свершений. И возможность межмировых переходов легла на уверенность советского человека в невозможности невозможного. Любопытство, желание помочь, плюс большой жизненный опыт, веселый, немного язвительный нрав, прекрасное образование, знание французского и немецкого - и старый барон просто поплыл, после чего принялся активно очаровывать соседку.