Миры под форштевнем. Операция "Цунами"

- Алевтина Ивановна, здравствуйте. Подобрали горничных княжне? - Я чуть поклонился нашей ревнительнице чистоты. Благодаря ее заботам замок практически сиял.

- Да, барин. Но молодые они, глупые пока что, хитростям не обучены. - Девушки зарделись, одна из них упрямо задрала курносый носишко.

- Ничего страшного, княжна воспитывалась в строгости и скромности. Кроме того, с ней ее бабушка. Так что научатся. - Я улыбнулся новеньким.

Вообще, служить у нас в замке среди народа окрестных деревень почиталось за великую честь.

Окрестное крестьянство барона уважало и почти боготворило. Выкупные платежи дед договорился растянуть до пятидесятого года следующего столетия, аренду брал очень умеренную. Жил строго и скромно, хотя и не бедствовал.

Мое и Элизабет появление крестьянством было воспринято сперва настороженно. Одно дело - старый барон, который народ не неволит, платежами не душит, и совсем другое - два молодых наследника.

Но я почти здесь не жил, наскакивая наездами, а Белс вела очень строгий, пуританский образ жизни.

Сестра практически не участвовала в дворянских мероприятиях, блюла траур. И еще лечила крестьян и мещан соседнего городка сложными настойками и выварками. Несколько раз принимала тяжелые роды, два раза сделала операцию по удалению аппендикса. Даже славу ведьмы и знахарки этим заслужила. Заслуженную, надо сказать.

Меня же было воспринимали как шебутного молодого недоросля, пока я три разбойничьи и бандитские шайки не вырезал. Причем так, что местной полиции только руками развести и осталось.

И закрыть дела. А я заработал средь крестьян жутковатую славу. И это все, кроме моей репутации социалиста и конфедерата среди дворянства.

С нашим появлением в замке произошло частичное омоложение персонала. Элизабет дед нашел трех горничных, точнее, Прасковья Ивановна нашла, а дед нанял. И сейчас у сестры три преданных до гробовой доски служанки, сумела привязать. Девушки знают, что Элизабет тоже для них сделает все, что в ее силах. А после того как у Дарьи Белс приняла сложнейшие роды и малышку вытащила - глотки за нее перегрызут.

А у меня до сих пор ни одного слуги. Ну не могу я так, не получается. Поперек моей натуры кого-то заставлять делать то, что я сам вполне могу.

Впрочем, это все пустяки и мелочи. Хотя и противоречат статусу, мне об этом уже сказал мой дорогой и любимый командир контр-адмирал Жилин. Фактически отдал приказ о приведении в соответствие. И я уже решил, что делать.