Миры под форштевнем. Операция "Цунами"

И через два часа я вышел в Астрахани.

Прямо на поле ко мне подбежал карась-морпех с сержантскими погонами, и вскоре я ехал знакомым маршрутом в сторону Золотого Затона. Солдатик косил глазами в зеркало заднего вида, но помалкивал. И чего косил, еще косоглазие заработает... А, понял. Я ж нацепил полноценную сбрую: ПБ в подмышечной кобуре, ПМ в поясной. Да еще кобуры взял не здешние, а те, которые привез из других миров. Подмышечная из дедова мира, поясная из мира Шляхова. Обе от здешних отличаются весьма и весьма, но обе намного удобнее, чем местные.

Хоть и опять же обе совершенно разные. Поясная сделана из пластика, крепится на пояс на специальной клипсе. А вот подмышечная кожаная, из широких, отменно выделанных ремней темно-коричневого цвета. В машине я пиджак снял. Вот пацан и пялится. Да еще шесть запасных магазинов, это большая редкость здесь.

- Здравия желаю, товарищ контр-адмирал, - выйдя из служебной "Волги", я приветствовал своего бывшего особиста. Точнее, начальника особого отдела, тогда еще капитана первого ранга Жилина, с нашего ракетовозного парохода.

Теперь он мой прямой начальник еще по работе с царской Россией, хоть и до этого я фактически был под его началом.

- Здравствуй, Евгений. - Жилин коротко пожал мне руку. И тут же повел к пирсу, около которого стоял старый торпедный катер. Сами торпеды уже были сняты вместе с аппаратами, так что использовался он вместо разгонной тачки.

Не успели мы заскочить на борт, как катера лихо отошли от стенки и на весьма приличной скорости выбежали из затона.

А выйдя из порта, вообще дали две тысячи оборотов и рванули сразу на сорока с лишним узлах, вздымая высокий бурун. Интересно, куда так торопимся? Ведь мы же еще по Волге бежим, расшугивая по краям фарватера многочисленные гражданские суда.

- Американцы новый спутник подвесили. Теперь дыр над Каспием почти нет. Надо успеть уложиться в окно меж "шпионами", - прокричал мне в ухо контр-адмирал.

Кивнув и покрепче вцепившись в поручни, я стоял и смотрел на пролетающие плавни, где расцветали лотосы.

Через три часа мы высадились на эмпекашку проекта 1124, которые "Альбатросы". Неподалеку в куче на якоре стояли еще девять штук таких же.

- Жень, Шляхов просит новые борта с хорошей мореходностью и возможностью прохода по внутренним рекам, на которые возможно смонтировать крылатые ракеты большой дальности. Наши "Альбатросы" под его требования подходят, тут все новехонькие, выпуска не позднее восемьдесят восьмого года.