Миры под форштевнем. Операция "Цунами"

Под Хорезмом ему раздробило пулей ступню, чуть выжил с военной-то нынешней медициной. Так на деревяшке и скачет уже четверть века, но дядька крепкий и здоровый, унывать терпеть не может.

- Доброе, доброе, господин барон, здравствуйте, дамы и господа. Давненько вас не видал, Евгений Эдуардович, снова путешествовали? Товарищей в гости везете? Старый барон рад этому будет несказанно, Алоиз Вильгельмович по вам здорово скучает. Конечно, ваша сестрица не позволяет ему в хандру скатиться, но все же именно вас он наследником признал, - вежливо приподнял в ответ цилиндр сосед, разглядывая нашу компанию, особо выделяя наших всадниц.

Его возница, молоденький паренек, вообще покраснел, как маков цвет, не зная, куда глаза прятать. Евгения-то и ее помощница, Маша Семенченко, рядышком со мной встали. Видимо, девушки помещику глянулись, так как он подкрутил одобрительно ус и продолжил: - Господин барон, рад бы еще поговорить, но меня ждет Дмитрий Афанасьевич, наш полицмейстер. Мы с ним на куликов собрались. Дамы, господа, честь имею.

- Ни пуха ни пера, Аверьян Степанович. - Я помахал шляпой вслед двуколке и толкнул каблуками сапог в бока Бурки. - Трогай, неторопливый ты мой. Ну что ж, начало положено. Товарищи, к вечеру весь уезд будет знать, что молодой барон фон Жменев вернулся со товарищи. И, Жень. Ты и твои девицы будут звездами сплетен, так что не обращай внимания на горящие ушки.

- Вот еще! - Тезка вздернула симпатичный курносый носик и мотнула головой, от чего роскошный "конский хвост" взметнулся над ее плечом черным вихрем.

- Однако. Такого замка на этом месте в нашей Финляндии точно нет! - Семенов, который оказался профессором и доктором философии, задрал голову, разглядывая старый донжон.

- Совершенно верно, Семен Васильевич. Даже следов почти не осталось. Только остатки фундамента, но основательно заплывшие и заросшие. Минимум триста лет тому назад замок расколотили в нашем мире, кто и как - бог знает. Следов не нашел ни в Хельсинки, ни в Питере.

В Выборге тоже ничего. Тут же табуны всяких разных ходили, от шведов до петровских войск. - Я вытащил из кобуры кольт и трижды выстрелил в воздух. - Эгей, Никифор, соня старый. Отворяй давай!

- Лейтенант, не слишком? Все-таки очень рано еще. - Жилин нахмурился, выражая недовольство.

- Нормально, товарищ контр-адмирал. Сто процентов - Никифор уже не спит, в конюшне возится. А за нами три пацанчика подглядывают вон в те бойницы. Ну, я ж говорил.