Миры под форштевнем. Операция "Цунами"

Но остановились на предложенном старом бароне алгоритме действий - дед вводит в курс дела еще трех старых друзей из здешних помещиков. И с помощью стариков-разбойников, отставных офицеров, пробуем выйти на кого-нибудь из высшего генералитета. Благо, что почти все генералы - выходцы из русско-турецкой войны.

- Вашбродь, там это... барышни возвращаются. - Меня, свалившего под благовидным предлогом из залы, затянутой табачным дымом до состояния коптильни, перехватил Никифор.

- Ну и? - удивился я. - Они ж просто покататься выехали, что тут такого?

- Так это, они не одни возвращаются, а с господами офицерами-драгунами и молодыми господами из соседних поместий.

И меж господами неладно. - Привратник смущенно пожал широченными плечами.

- Деду скажи, а я пойду встречу. И спасибо, - поблагодарил я старика и побежал на галерею донжона. Гляну, что да как.

Взяв со столика тяжелый восемнадцатикратник, я посмотрел в мощную казанскую оптику на приближающуюся к замку яркую и веселую компанию. Да уж, навели девчонки шороху, похоже.

Ибо едут в центре большой разношерстной компании из почти двух десятков молодых людей. Кстати, там не одни парни, три барышни тоже есть, из соседских дочек. Едут и о чем-то смеются вместе с моей сестрой и подругами. А вот офицеры недовольно морщатся, самый молодой густо покраснел. Молодые дворяне в штатском помалкивают, но даже отсюда вижу, что вот-вот ржать начнут. Нет, девки совсем сдурели, только дуэлей нам не хватало. Надо поторопиться, а то такого могут наворочать сдуру-то.

Сбежав вниз, я одним прыжком оказался в седле Бурки и наметом с места рванул в раскрытые заранее ворота. Старый мост гулко затрясся под копытами моего быка. Уж что-что, а поскакать во весь опор мои жвачные парнокопытные любят и умеют, далеко не каждая лошадь сумеет с ними вровень бежать, тем более что мои бычары стайеры, бежать могут долго.

Явление огромного, скачущего быка со всадником отвлекло внимание офицеров от дворянских недорослей, как я и надеялся. А чтобы закрепить эффект, я смахнул топором небольшое деревце, пролетая мимо осиновой рощицы.

Так, скромное. Толщиной сантиметров десять-двенадцать. Причем смахнул на полном скаку, примерно так казаки лозу рубят.

Осинка, немного постояв, завалилась и рухнула вдоль дороги. А я уже подъехал к яркой кавалькаде. Грамотная зверюга постепенно сбросила скорость, и к всадникам мой бык подошел неторопливо и с чувством собственного достоинства.

- Дня доброго честной кампании.