Заклинатель четырёх стихий

Нос защекотал тонкий букет выдержанного дорогого вина. Эдик протёр горлышко краем футболки и осторожно пригубил рубиновую жидкость.

— Очень неплохо, хоть я и не знаток. Твоё здоровье, старый, — он отсалютовал бутылкой скелету Божеслава с ударением на «е» и сделал первый глоток.

Древняя бутыль из толстого зелёного стекла вмещала в себя литра полтора, если не больше. А Эдик провёл активный день в активных физических нагрузках. Про расшатанные недавними событиями нервы и послестрессовое состояние даже упоминать будет излишне.

Да и не ел он сегодня. Поэтому к дальнейшему надо отнестись с пониманием. В любом случае, немного расслабиться Эдику точно не повредит. Будем воспринимать алкоголь, как лекарственный препарат. Неизвестно ещё, как сам себя поведёшь, оказавшись в подобной ситуации. Упаси Господь от такого!

Содержимое бутыли ещё не перевалило за половину, а Эдик уже активно общался с магом и чучелом, обсуждая насущные проблемы. Язык начал немного заплетаться, но вопросы сыпались из парня как горох из порванного мешка.

Как он сюда попал и куда это сюда? Каким образом теперь отсюда выбираться? Зачем и почему чучело такое страшное? Для чего магу арбалетный болт в затылке и как он докатился до такой жизни?

Ответов, естественно, не было и в помине. Беседа, вообще, выходила несколько однобокой. Больше похожей на монолог. Но Эдика это совсем не смущало. Лечебный аспект дорогого вина, да на голодный желудок не заставил себя долго ждать. Стало легко и просто, все сложности жизни отошли на второй план.

Мозг получил новый заряд бодрости и сделал попытку отправить организм за очередной порцией приключений на задницу. Но, слава богам, ноги не захотели слушаться и никуда не пошли.

Бутылка, наконец, показала дно и зазвенела по полу, куда-то закатившись. Веки отяжелели и уже поднимались через раз. Усталость и употреблённое вино забирали своё. Эдик на последних проблесках сознания кое-как сгрёб рассыпанные свитки в общую кучу и, пожелав собеседникам приятной ночи, устроился на импровизированном ложе, пристроив самый большой фолиант под голову.

Кстати, тот самый, что шлёпнулся ему на макушку.

Библиофилы и любители редкостей, наверное, растерзали бы святотатца на месте, увидев, как он обращается с бесценными носителями знаний. Но Эдику было глубоко наплевать на чувства библиофилов. Он уже погрузился в глубокий сон без сновидений, утомившись богатым на события минувшим днём.

*****

Боль в пояснице.

Это было первое чувство после пробуждения.