Тяжело быть живым

– Договорив Граф хмыкнул и положил на стол два мешочка с монетами, один включал сто шестьдесят пять золотых, и распирался от объёма содержимого, а второй на его фоне выглядел весьма бледно, это была обещанная плата мне как наёмнику и командиру. Всего там было пятьдесят сребреников, то есть пять золотых монет.

Не пересчитывая, я убрал их к себе в заплечный мешок и встав поклонился графу ещё раз. И попрощавшись двинулся к выходу из крепости, мои обязанности как командира были выполнены, на поясе у меня висел кошель, в котором весело звенело серебро, а вот в мешке обернутый в одеяло лежал тот самый ларец с восемью тысячами золотых, к которым добавился мой гонорар за проданные доспехи, вес был приличный, наверное, будь я обычным человеком, то не утащил бы незаметно такое количество золота, но всё обошлось.

Выйдя из крепости, я встретил, того кого не ожидал тут увидеть, Ракхель, был так же одет в походную одежду и легкий кожаный доспех, на котором прибавилось зазубрин, но первое что отличало его от прежнего растяпы и балагура, это взгляд. Холодный, острый взгляд, в котором больше не было беспричинного веселья, похоже было что он перегорел. Увидев его, я кивнул ему, а он, подойдя ко мне встал на одно колено и произнёс.

- Дмитрий, я Ракхель из рода авантюристов, хочу следовать за вами, и быть вашим разящим мечом. – Выпалив клятву верности на одном дыхании он поднял взгляд на меня, но остался на одном колене не вставая, ожидая моего ответа.

Вспомнив как, он сражался, да и то что путешествовать с ним было весело, я кивнул и произнёс, - Я Дмитрий, принимаю твою клятву Ракхель из рода авантюристов.

Что бы добраться до дома учителя нам пришлось идти две недели, заходили мы в села только для того что бы докупить еды. Последние дни меня терзало неприятное предчувствие, которое подгоняло меня все сильнее. Последние дни мы иногда даже переходили на бег трусцой, из-за чего Ракхель заметно сдал и похудел. На пятнадцатый день к обеду, мы вышли двору учителя и мне предстал вид бойни перед домом.

Более трех десятков убитых бойцов, судя по доспехам, опытных и обеспеченных наёмников. Достав саблю, я знаком приказал Ракхелю остаться на улице и прикрывать меня, а сам медленным бесшумным шагом направился к дому. Идя между трупов, я отмечал что все раны нанесены кинжалом, или метательными ножами. Подойдя к двери, я замер на мгновение прислушиваясь, судя по состоянию трупов, битва произошла не более чем час назад.