Гений 30 лет Спустя

Из всего серебряного окружения выделялась только девочка скромных лет, сидевшая на высоком стуле напротив зеркала в противоположном конце помещения, рядом с вешалкой на колёсиках. Девочка выглядела немного младше Маи и была наряжена в тёмно-пурпурное платье с фиолетовыми рюшами. На её ногах, на колготах, были детские каблучки. Со спины девочка напоминала куклу.

Она сидела повёрнутой к высокому, обрамлённому серебром зеркалу. Вдруг девочка протянула руки и надавила на свою голову.

И её парик, полный пышных белых волос, приподнялся, открывая другие волосы, тоже длинные, но гладкие и бронзово-золотистые.

Девочка повернулась.

Её глаза были разного цвета, но потом она поморгала, ловко сняла белую линзу, и они засияли одинаковым металлическо-золотистым сиянием. Ребёнок взглянул на мужчину и в одно мгновение тысячи чувств сверкнули в её глазах — чтобы затем смениться безразличной прохладой.

— Давно не виделись, — сказал мужчина.

Девочка едва заметно кивнула.

— Это вот Мая, — показывая на Маю произнёс Фан Линь. Она скромно кивнула.

— Моя как бы ученица.

Девочка в наряде вскинула свою тонкую бровь.

— А это Тай... Тайи — сказал мужчина. — Моя бывшая...

Он взял драматическую паузу.

— ...Броня.

46. Сожаление

— Смотрю твоё чувство юмора совсем не изменилось, — с ядовитым злорадством в голосе вдруг сказала Тайи.

— Я его тренирую.

— Бьёшься головой о стену?

— И такое тоже бывает, да.

.. — кивнул Фан Линь, продолжая улыбаться, но взгляд всё же отвёл. Тайи сжала свои губки и тоже сперва перевела глаза на землю, — но потом в девочке как будто что-то вспыхнуло, и она внимательно уставилась на мужчину. Спросила его:

— Зачем ты пришёл?

Фан Линь сразу снова поднял голову и ответил:

— Мне нужна помощь.

— Признал наконец? Дать номер моего терапевта?

— Очень смешная шутка. В моём стиле.

— ...Ха... — девочка устало выдохнула.

— Ладно, рассказывай, что тебе нужно.

— История долгая, можно мне присесть куда?

— Стул только один.

— ...Как бедно живём, — кивнул Фан Линь. Он помолчал некоторое время, собираясь с мыслями, и принялся за свой рассказ. Мужчина разумеется рассказал всю правду. Он поведал о своих тяжких учительских буднях, о своей работе, которую выполнял с большим усердием, и о том, как однажды перед ним предстала чрезвычайно жалкая девочка-беглянка.