Гений 30 лет Спустя

Махать им она не умела.

Мая закрыла глаза и слепо пырнула вперёд, но сразу же высокий телохранитель поймал её сзади и схватил за живот. Девочка попыталась брыкаться, и тогда телохранитель похожий на гориллу сильно сжал её тонкие ручки своими лапами. Мая жалобно вскрикнула и выронила клинок на землю.

— С ножиком лучше не носиться, девочка... — сказал владелец борделя, поднимая чёрный меч и внимательно его разглядывая. Глазки толстяка, чёрные на его тучном белом лице, засияли жадным блеском. Любое оружие, которое могло вот так изменять свою форму, было непростым.

Оно могло стоить приличных денег. Мужчина сделал заметку показать его своему сыну, который был мечником, настоящим культиватором, и спрятал пока меч себе за пояс, а потом сказал:

— Это мы заберём, чтобы ты не поранилась. Ну а теперь уводи своего папу и веди его в отрезвитель, ну или к вам домой, но чтобы он больше не приставал к моим работницам. И вы все тоже, все идите, вон, нечего тут больше смотреть, — мужчина стал размахивать своими полными руками, прогоняя зевак.

Люди стали нехотя расходиться. Потом они пошли немного живее, когда работницы борделя начали уводить их за руки. Вскоре во дворе остались только одни вышибалы. Худощавый выпустил Маю, и девочка, совершенно потерянная, свалилась коленками на грязную землю.

— Хватит с ним, пошли, — сказал владелец борделя вышибалам и пошёл ко входу для персонала. Мужчины проводили его и закрыли за ним дверь. Переулок опустел. Линь Фан всё ещё лежал, опираясь спиной о стену, а Мая пустыми глазами смотрела в землю.

Мужчина хотел ей что-то сказать, сам не понимая, что, как вдруг девочка ринулась к закрывшемуся проходу. Она пробежала пару метров, ножки её дрогнули, и она снова свалилась на землю.

— Фух... — Линь Фан покачал головой, с трудом поднялся и пошатываясь пошёл к ребёнку. Мая медленно встала на ноги, всё ещё пялясь на землю.

— Идём, — сказал ей мужчина и побрёл через подворотню. Спустя пару секунд он остановился и повернулся. Девочка неподвижно стояла посреди тёмного бетонного дворика и растерянно поглаживала свою кисть, на которой у неё был браслет.

— Да ладно... — Линь Фан поморщился, прошёлся назад, осторожно схватил Маю за руку и повёл за собой. Девочка пошла, медленно и неуверенно переставляя ноги. Линь Фан совершенно не слышал её шагов, голова его раскалывалась, и постепенно всё его тело, немое от ударов, разгоралась пламенем боли. Кости у него в груди хрустели как деревяшки в костре.

Нужная машина нашлась простой удачей.