Гений 30 лет Спустя

Когда речь зашла о сыне мужчины, молодой вышибала сразу засиял. Юный господин был как раз самым настоящим культиватором, на стадии Девяти Рун, которая следовала сразу за Первым Касанием, и которую уже вообще все считали полноценной. Звали сына Лин, Чжан Лин, толстого отца — Чжан Сюнфэй. У Чжан Лина был талант, и какой. Его даже взяли в высшее учебное заведение, и образование своё он получал на Золотой Звезде.

— Хорошо все полёты отложили на завтра. Помехи там какие-то. Лин его здесь, он его точно прирежет, он ему.

.. — опираясь на края своего стола говорил уже больше сам с собой Чжан Сюнфэй.

Вышибала поддакивал и кивал. Причём даже искренне. Он своими глазами видел, как Чжан Лин орудует мечом, — у мужчины волосы каждый раз дыбом вставали, когда тот хватался за свой клинок и начинал махать им во время тренировки. Смотришь на медленно рассекающее воздух лезвие у него в руках, а в голове только одно слово: «Смерть».

Вдруг толстый мужчина повернулся, пробежался до окна и выглянул из него, приставляя к стеклу свою белую щёку:

— Вон, он уже тут.

Ну всё, идём скорее, и возьми швабру.

— Швабру?

— Швабру, ублюдок, швабру, или языком будешь кровь слизывать?

Вышибала заволновался и побежал в коридор, а там — в дверь на лево, в чулан. Сам Чжан Сюнфэй меж тем подумал, открыл ящичек своего увесистого стола и достал небольшой арбалет и три железных болта.

— Доверяй, но проверяй... — проговорил мужчина, спрятал оружие за пазухой и тоже побежал и хлопнул дверью.

Меж тем на первом этаже Линь Фан кое-как, как тяжёлая кукла под управлением кукловода с переломанными пальцами, поднял себя с дивана.

Мужчина понял, что лежать и дальше было опасно: глаза его слипались, тело немело, — ещё бы немного, и он бы просто уснул. Сказывалась давняя проблема Линь Фана, что он уже давно выжег себе все адренорецепторы.

Мужчина поднялся и уже было потянул своё ноющее тело на второй этаж, как вдруг за спиной его зазвучали крики, потом был шум и сквозь него раздался чей-то ясный голос.

Линь Фан повернулся и увидел, как из толпы спокойно вышел довольно молодой юноша в очень гротескном для своего окружения одеянии: на нём был лазурный халат и круглая шапочка учёного. Лицо у него было светлое, овальное, брови тонкие, как иголки и, кажется, немного подкрашенные.

Когда Линь Фан увидел шапочку молодого человека, он нахмурился; а когда он разглядел у него на поясе длинный меч, на лице мужчины и вовсе отобразилось крайнее отвращение.