Гений 30 лет Спустя

— Мастер! — вскрикнула Мая и испуганно выпучила глазки. Мужчина взглянул на неё ошарашенным и одновременно возмущённым взглядом. Сама ты педофилка, думал Линь Фан, вся семейка твоя — орава педофилов... Но в слух он разумеется ничего такого не сказал. Мужчина заставил себя успокоиться, через силу сдерживая кашель, а то ребёнок совсем уже побледнел от страха и не знал, как себя пристроить, и, похрипывая, спросил:

— С чего ты взяла, что я педофил...

Это шантаж?

Где-то здесь запрятана камера?

Девчонка сейчас попытается сделать компромат и запрыгнет на него?

Лишь бы не на грудь, а то у него, кажется, сломаны рёбра.

..

Мужчина предельно напрягся, и, кажется, вызвал себе очередное кровотечение.

Девочка же сглотнула, подобрала один из журнальчиков из кучи, которая горела рядом ярким пламенем, и неловко показала мужчине его обложку. Линь Фан взглянул на неё и побледнел.

«Юная Мода!», — гласили розовые литеры.

А под ними была изображена совсем ещё молодая девочка в платьице с открытыми плечиками.

Голова мужчины немедленно закипела, придумывая как же ему объясниться, а Мая уже подобрала второй журнал, который оказался альманахом конкурса красоты для «юных девушек», — в том смысле юных, что ростом в пять футов (без двух вершков, хотя желательно в обоих носках).

Мужчина сглотнул и начал медленно оправдываться:

— Это... Совсем не то что ты думаешь и на самом деле это совсем не так, — сказал Линь Фан и почувствовал сильнейшее желание стукнуть себя по голове.

— М-мастер.

.. — пролепетала девочка, подрагивая сухими губками. — В-вы... Если в-вы никого не трогаете, а я знаю, вы бы не стали, т-то в этом нет ничего дурного... И-и ещё... Мне... Я уже взрослая... Я... Слишком стара для вас... Мне уже четырнадцать...

«А выглядишь на тринадцать» — проговорил мужчина, про себя, чтобы ребёнок совсем не сломался от страха.

Объясниться тут и вправду было сложно. С одной стороны, объяснение было, и даже очень хорошее, ведь на самом деле Линь Фан не был никаким педофилом.

Ему наоборот нравились пышные женщины, — но с другой рассказывать, как всё на самом деле было немного неловко, по многим причинам. В том числе и потому что это было личное. Мужчина пораскинул мозгами, что было совершенно неприятно, потому что голова его раскалывалась, поморщился и решил рассказать всё немного общими словами, утаивая некоторые подробности:

— Отрой страницу с... Тай.

— А? — растерялась Мая.

- Тай, имя. В оглавлении указано.