Перед вратами в бесконечность

Кто подаст сигнал к началу битвы? – полюбопытствовал Эрмано Тимотео.

- Да вот у Ринггольда нервы не выдержат и всадит он кому-нибудь болт в башку – заварушка и начнётся, - предположил я.

- У него не нервы, а канаты, - возразил алвезианец, - разве кто-нибудь из местных.

- Местные стрелки отличаются умом, выдержкой и сообразительностью, - в свою очередь усомнился я, - боюсь, нам придётся придумать что-то пооригинальней.

- Я дам команду, открыть огонь, - предложила Кассия.

- Не надо, - удержал её я, - пусть они сделают первый ход.

Уверен, им очень скоро надоест стоять без дела на самом солнцепёке.

- С такого расстояния их разве что Ринггольд и уложит, - с видом знатока высказался маг.

- Спенглер тоже достанет, - уверенно произнесла Колхаун, - да и у Гриндейла заряд его артефакта доспехи пробьёт. А рука у старика твердая и глаз намётан.

- Слушайте, а давайте и в самом деле пальнём, - присоединился к разговору Мортимер, - если хотя бы трёх точно пристрелим.

- Спокойствие, только спокойствие, - охладил я пыл Дагоберто, - ждём.

- Вот видите, - вновь произнёс я через пять минут, - двое из них направляются к нам под белым флагом. Как я и предполагал, они попытаются решить дело миром.

- Хотите переговорить с ними? – спросила Кассия.

- Что же, послушаем, что они предложат. Вы не прочь, если именно я составлю вам компанию?

- Мне?

- А кто тут представляет местную власть, вернее власть великого кайзера? Раз уж повесили этот варварский флаг, не прячьтесь в кустах в решающий момент.

- Боюсь, наговорю я им лишнего, - мрачно и злобно сказала Колхаун.

- Не бойтесь, - успокоил её я, - вместо вас это с радостью сделаю я. Вперёд.

Переговорщики от Драконов Тьмы остановились, пройдя ровно половину расстояния, что разделяло наш отряд от бандитов. Теперь навстречу им шли мы с Кассией – не спеша, но уверенно и решительно. Скоро я мог во всех деталях рассмотреть новоявленных миротворцев: первый из них – плечистый смуглый крепыш с чёрной небольшой бородой и того же цвета коротко подстриженными волосами обладал весьма примечательной особенностью.

Почти всю правую часть его лица закрывала металлическая, ярко блестевшая на солнце, маска. Так что на нас он смотрел лишь одним левым глазом, но жестокости и свирепости в нём с лихвой хватало на два. Про лицо же его спутника, облачённого в лёгкий, не сковывающий движений, кожаный доспех, я ничего сказать не мог – его полностью скрывал странный шлем, из-под которого доносилось необычайно шумное и тяжёлое дыхание бандита.