Тень огня

– Самое время устроить небольшой пикник. Так нет, не успели дух перевести - опять в дорогу.

- Эргант почуял что-то неладное. Он сильный маг, зря торопить не будет.

- А ты?

- Что – «я»? – Руена поправила походную сумку.

- Ты у меня могучая волшебница?

- Погоди, погоди... Почему это «у тебя»? – привычно набросилась она на Скальнова.

- Не у меня? Значит, есть кто-то другой? – взгляд Егора стал притворно напряженным.

- А ты считаешь, что у такой женщины, как я, может быть дефицит в кавалерах? – вопросом на вопрос ответила «могучая волшебница».

- Покажешь их при случае?

- Зачем? Ты мне не веришь?

- Как можно не верить такой красивой девушке? – Гога попытался скрыть прорывавшуюся улыбку. - Я просто хочу задать им пару вопросов.

- Так задай мне, - усмехнулась Руена.

- Ну что ты, - протяжно вывел Топор. - Это чисто мужские вопросы.

- А «чисто мужские» - это такие, от которых потом на доспехах вмятины остаются?

- Заранее не угадаешь, - пожал плечами Гога.

– Все будет зависеть от их ответов.

- Какой ты коварный мужчина!

- Я? – искренне изумился крепыш. - Ну что ты! Я и мухи не обижу, если она первая в драку не полезет.

- А если в драку полезу я? - с вызовом спросила волшебница.

- Обещаю полную моральную и физическую поддержку.

- А если я тебя, дурака, бить стану? - она стукнула парня по плечу. С таким же успехом девушка могла колотить и скалу.

- Значит так мне, дураку, и надо. Побьем вместе.

- Странный ты тип Гога.

.. Но мне нравишься.

- Правда? – у «гнома» перехватило дыхание. - Руена, ты самая красивая и самая добрая девушка на свете. Я тебе еще об этом не говорил?

- Сегодня ты мне об этом «не говорил» уже пять раз.

- Какой я невнимательный!

Эдуард, шагавший позади мило беседующей парочки, с завистью смотрел им вслед.

«Везет же этому увальню! Он путешествует в компании симпатичной женщины, а я болтаюсь тут один. Прошлой ночью рядом были такие красотки! И тут Мишка-зануда со своими мнимыми опасностями.

Подумаешь! Может, в его комнате кто-то и сыграл дурную шутку, зачем же другим страдать? И он еще вздумал проверять мою меткость в лесу! А я тоже хорош. Надо же было умудриться промазать в толстую ветку с двадцати метров!»

Марицкий шел, угрюмо прокручивая в голове неприятности прошедших суток, и злился на всех. На Гогу, на его Руену, на Михаила, даже на самого себя….

Вдруг из-за холма вылетели сразу три крылатые твари.