Князь Сигасы

— Вы хотите купить ему лошадь?

— В благодарность за спасение жизни, — поспешил оправдаться я за незапланированные траты.

— Как это по-княжески, — негромко сказал волшебник.

По-моему, в его голосе звучало скрытое осуждение. Или мне только так показалось? Ну да, я ведь оценил собственную жизнь в стоимость кобылы. Имея двести золотых, пожалел для спасителя…

Еще совсем недавно целое состояние для меня представляла одна серебряная монетка. А сейчас... Конь — сотня, кольчуга — тысяча, от таких сумм голова шла кругом.

Да, скорое превращение в вельможу мне не грозит, но, с другой стороны, лучше придержать деньгу, чем растранжирить потом и кровью добытое богатство.

Скорее бы уже добраться до Рудного, найти Аркаша, передать ему деньги и вывезти паренька из занятой вархаямцами земли хотя бы в ту же Сигасу. Потом отыскать огненный цветок и нанести визит Кагиру. Должен же он отпустить девушку, если его князь попросит? Или нет? В конце концов, ее и похитить можно…

Я не знал, как перебраться через линию фронта, пойдет ли со мной мальчик, удастся ли вернуться с ним обратно, но планы на будущее строил большие.

Наверное, так и надо. Ради мелких целей не стоит рисковать жизнью. Тем более — не только своей.

Отряд свободно растянулся по дороге. Впереди двигались патрульные Журавии, за ними чуть поодаль два моих гвардейца, потом мы с волшебником, за нами — новички, а замыкали вереницу три ратника из Глирзана. На открытой местности внезапного нападения мы не опасались, однако ближе к вечеру передовой дозор внезапно остановился.

Когда я подъехал к патрульным, те громко спорили между собой. Точнее, двое пытались убедить третьего, что никакой опасности впереди нет.

— Да брось ты людей запугивать, Давиш! Дорога как дорога, а ежели кто на солнышке перегрелся…

— Ничего я не перегрелся! Дальше ехать нельзя!

— Почему? — спросил сержант.

— Беда случится. Вижу бесконечную радугу вдоль дороги. Красного цвета. Там смерть притаилась.

— Ну, ты загнул! Хочешь, для твоего успокоения прогуляюсь туда и обратно?

Спорщики стояли рядом с лошадьми, которые, как мне показалось, слишком тесно прижались друг к дружке.

Животные явно почуяли беду. Видать, не зря солдат тревогу забил. Я спешился.

— Господин, — повернулся ко мне боец, — со мной такое уже было. Сначала красные круги, которые кроме меня никто не видит, потом страшная смерть тех, кто сквозь них прошел. Нельзя туда ехать. — Он указал рукой чуть в сторону от дороги.