Воронов дар. Меняя Судьбу

— Он занятой человек, — буркнул он, потом на выдохе произнес: — Ладно, вы правы, сейчас же свяжусь с ним.

Генерал сработал на отлично. Через час после того как отец с ним связался, он дал нам координаты одного из старейших, а также сильнейших колдунов в империи. Который как раз-таки успел еще повидать магию чернокнижников, а еще этот колдун был приобщен к родовому древу Хорриев, древнего чародейского рода горцев. Простолюдинов редко принимали в род, но видимо этот колдун неспроста удостоился такой чести.

Быстро позавтракав, мы отправились с отцом в новый город.

Мать хотела отправиться с нами, но отец настоял на том, чтобы она оставалась дома. Здесь я был с ним согласен. И хоть мать не из робкого десятка, а также не из тех барышень, что грохаются в обморок при виде крови, но встречаться с колдуном ей все же не стоит.

Мы отправились сразу на станцию гипрпетли, к счастью, отправление капсулы на Восток должно было произойти через пятнадцать минут. Вот только до княжества Хоррийского прямого отправления от нас не было, и поэтому мы сразу настроились на то, что дорога займет немало времени, да еще и с пересадками.

К тому же еще и сам колдун жил в каком-то захолустье в заброшенной деревне, а не новом городе.

Отец хотел выкупить все билеты на капсулу высокого комфорта, не то чтобы ему некуда было девать деньги, просто обыкновенная предосторожность — отца беспокоило, чтобы во время поездки снова может явиться слуга темного бога. Я бы и сам на его месте так поступил, лишние свидетели нам не нужны.

Аристократы и богатые люди сразу начнут судачить о том, что мы зачем-то отправились на Восток. А так как эта поездка неофициальная, начнут выдумывать невесть что. Но один билет уже был куплен, а значит без попутчиков не выйдет уехать.

На станции, пока мы ожидали прибытие капсулы у трубы гиперпетли, ко мне подошла девчонка лет десяти. Точнее даже не подошла, а как-то робко, словно бы невзначай, приблизилась, практически крадучись. Я даже вначале решил, что она или деньги будет клянчить, или начинающая воришка и приближается не ко мне, а к моим карманам.

Да и вид у нее был подобающий: растянутая, весьма заношенная шерстяная шапка, плохенький тулуп и с пуговицами в разнобой явно ей не по размеру, ссадина на щеке.

Но девчонка что-то нервно вертела в руках, и когда я обратил на нее внимание, взгляд не отвела, как это бы сделал воришка, а наоборот, кажется даже обрадовалась и слегка подалась вперёд, словно бы желая что-то сказать, но не решаясь.