Аргилай. Украденный дом.

Когда Аргилай выбежал на улицу, Трица уже ковыляла в сторону конюшни, слегка покачиваясь на ходу и утирая кровь, сочившуюся из носа. Позади ее, на другой стороне улицы догорала крыша соседнего дома. Густой черный столб дыма поднимался в лазоревое утреннее небо.

- Надо убираться. - прохрипела женщина и зашла в конюшню.

Лаи последовал за ней.

- Что произошло? Кто это был? Он говорил про Борова из Большого Дна. Он маг? - затараторил юноша, все еще дрожа от возбуждения после перенесенного страха.

Трица водрузила вальтрап на спину Луны и теперь несла седло.

- Седлай Упрямца, - приказала она. – Сейчас тут соберется половина стражи Нового города.

Аргилай не стал спорить и подхватил свое седло. Разбираться со стражей не входило в его планы. Но вопросы без ответов жгли его изнутри, и Лаи не прекратил попытки добиться желаемого от наемницы. В итоге та снизошла до подробного ответа.

- Я заплатила конюху и хозяину гостиницы, чтобы они предупредили меня, если кто-то начнет задавать вопросы про нас.

Меня предупредили вовремя. Я успела уйти через окно, прежде чем тот человек ворвался в комнату. Его я видела впервые. Да, он маг. Только маги способны на такие фокусы.

- Он работает на Борова? - уточнил Лаи, затягивая подпругу.

- Невелика сошка, - презрительно фыркнула рыжая наемница, выводя вороную кобылу с белой гривой из стойла. – Скорее уж Боров работает на него.

- Как он нас нашел? - задал свой очередной вопрос неугомонный юноша. – И кто стрелял? Я думал это ты.

Трицитиана вставила ногу в стремя и легко вскочила в седло.

Луна загоревала под хозяйкой, чувствуя, что скоро сможет вдоволь размять ноги. Женщина натянула поводья, сдерживая лошадь и осмотрела улицу возле горящего дома. Там уже толпились сонные зеваки.

- Хотела бы я знать ответы на твои вопросы… - задумчиво промолвила Трица. – Едем! - коротко скомандовала она.

Тильбон просыпался после минувшего праздника. Медленно, словно пьяница после хорошей попойки. Вставал на ноги, держась за голову, с трудом вспоминая, что вчера творил.

Размышлял - должно ли сегодня ему быть стыдно за вчерашние проделки.

Свидетельства ночного карнавала висели на всех улицах оборванными гирляндами разноцветных флажков, лежали на мостовых осколками бутылок. Фонарики давно прогорели, а часть и сгорела вовсе. То тут, то там встречались спящие люди. Кому не повезло в одиночку, на земле. А кому повезло – парами, на лавочках или в кустах. А кому особо повезло - в парах были не одного пола.