Аргилай. Украденный дом.

– «Кузнец Чубар теперь, поди, уж с предками беседы ведет. Все, хватит разговоров. Наболтались уже. Надо только до фермы Копыто добраться, оружие забрать и пускай этот мягкотелый табунщик своих мужиков поднимает. Борова валить пора, со всеми его головорезами».

- Внимание, слева! - прервал громкий мужской голос, размышления Трицы, и та моментально припала к земле.

«Опять облажалась» - обругала себя женщина.

Впереди, на дороге стояла большая черная карета. На козлах сидел человек в кольчуге и черной накидке без герба.

В руках воин держал взведенный арбалет. Трое таких же бойцов, негромко позвякивая доспехами, направились в сторону, где залегла Трица. Та напряглась, готовясь ринуться прочь.

- Может зверь? - неуверенно спросил один из мужчин, старательно всматриваясь в ночь. – Не слыхать ничего.

Другой вскинул арбалет и выстрелил. Стрела прошла в паре локтей над головой Трицы. Та не шелохнулась.

- Ну че там? - прикрикнул боец, сидящий на козлах.

- Никого. - доложил стрелок, взводя разряженный арбалет.

- Повнимательнее. - наказал возница.

Полированная деревянная дверь кареты открылась. Из нее вылез Боров собственной персоной.

- Еще раз приношу свои самые глубочайшие извинения, господин Локкириан. - распинался староста, мелко кланяясь кому-то оставшемуся внутри кареты. – Примите мои самые искренние уверения, что я никогда бы не осмелился нарушить нашу с Вами договоренность. Рыжей бестии, точно кто-то заплатил за этого парня. Видите, как она меня приложила. - посетовал Боров, указывая на свою разбитую голову.

Трица нахмурилась и привстала на локтях, пытаясь рассмотреть пассажира кареты. Хотя и так была почти уверена, что знает его.

Черная дверь захлопнулась. Бойцы в черных накидках вскочили в седла своих скакунов. Возница причмокнул губами и щелкнул хлыстом. Карета покатилась по дороге, сопровождаемая вооруженным отрядом конных арбалетчиков.

Боров вытер пот со лба:

- Обошлось. - облегченно выдохнул он.

- А шо ты ему про рыжую набрехал? - спросил Хрип, потирая опухший и посиневший подбородок.

– Она ж за кониками приходила, не за хлопцем.

- Вот тебя спросить забыл. - проворчал староста. – Бабу с дитем скрали?

- Ну. - утвердительно кивнул разбойник.

- На хутор тащите. А то, как бы ни вышло чего. - толстяк подозрительно огляделся по сторонам. – Как рассветет - табун погоним. Нечего ему на хуторе светиться.

Трица поднялась на ноги и быстро пустилась в обратный путь.

Кто-то требовательно потряс Аргилая за плечо.