Аргилай. Украденный дом.

Ветки хлестали по лицу, оставляя кровоточащие царапины, стук сердца, барабаном отдавался в ушах, дыхание с хрипом вырывалось из садящих от бега легких.

Незнакомец не стал играть в догонялки. Он неспешно поднял руку, выставил согнутый указательный палец и прицелился. На губах скользнула легкая улыбка. Всадник обожал смертоносное заклинание «Алый фонтан», но ему давно не представлялось случая воспользоваться им. Сейчас этот случай настал.

Палец резко разогнулся. В лесу прозвучал характерный хлопок, означающий, что «стрела» нашла свою цель.

Незнакомец спешился и поправил на голове охотничью фетровую шляпу с черно-белым пером. Чтобы размять ноги мужчина позволил себе немного прогуляться по лесу и оценить результат колдовства.

Воняло крайне скверно. То, что еще совсем недавно составляло объемный живот бывшего старосты – алыми гирляндами висело на ветках. Стволы ближайших деревьев густо окрасились кровью. Трицитиана вновь оказалась права: Борова в буквальном смысле разорвало. Пусть и не от злости.

К полудню стало заметно теплее, но солнце так и не показалось из-за густых облаков.

Птицы летали низко, намекая, что пора бы начаться дождю. Однако тот не спешил намочить путников, рискнувших отправиться в дорогу.

Позавтракали, не слезая с седла, сухарями и ледяной водой из фляги. Лаи поделился сухариком со своим конем. Тот схватил угощение горячими губами и самозабвенно захрустел. Трица хмуро покосилась на спутника и ворчливо произнесла:

- До ближайшей деревни неделя пути. Запасы кончатся – будешь вместе с конем травку щипать.

- А до твоего отца, сколько добираться? - поинтересовался Лаи, старательно потягиваясь и разминая спину. – У меня поясница болит от езды.

- Сущий пустяк, - с поддельным добродушием откликнулась Трица. – Пару месяцев.

- Сколько? - ужаснулся юноша. – А по дороге будет что-то интересное, кроме леса?

- Будет. - успокоила женщина. – Недели через три будем проезжать через столицу.

- Тильбон? - уточнил Аргилай.

- Тильбон. - подтвердила Трицитиана.

Жеребец резко остановился.

Юноша с трудом удержался в седле, поскольку конь нагнулся к луже напиться воды и потянул за собой всадника за уздечку. Лаи с силой натянул повод, силясь поднять морду животного. Но тщетно. Конь превосходил своего седока не только силой, но и упрямством. – Долбанный упрямец, - пропыхтел парень, вставая в стременах и двумя руками таща за кожаный ремень.

- Хочешь его так назвать? - не скрывая улыбки поинтересовалась рыжая, наблюдая за мучениями спутника.