Шутка Немезиды

Петрович вздрогнул от неожиданности и так быстро обернулся, что чуть не свалился с подводы.

- Не надо резких движений, - в него уперлось копье ближнего всадника, - Все делаем медленно и плавно. Понятно? Я, кажется, задал вопрос.

«Синты, - сообразил Петрович, - Все те же одинаковые доспехи, лица, закрытые забралами. Их смущает то, что они на одно лицо? Хотя вот этот слишком говорлив для клона. Похоже, в командирах у них все-таки лэтеры. Интересно, что здесь делает их конный разъезд? Если охраняет подъезд к лагерю, то получается, что Вилье еще не взят?»

- А-а-а, вопрос! Никто, - Фирс испугался заметно меньше Петровича.

- Чудо произошло, господа хорошие, сынуля заговорил снова, а то мы уж надежду всякую потеряли. А он, стервец, еще и подшучивать над отцом начал.

- Заговорил? - хохотнул всадник, - Это он поспешил чуток. Доехал бы до нашего сотника - не то что заговорил бы, а запел бы! Стихи бы рассказывал, которые в жизни не знал. Вы кто такие? - тон его сменился, став угрожающим, - Лазутчики?

- Фермеры мы, я и мой сын, - Фирс показал рукой на себя и на Малого, хмуро наблюдавшему за солдатами.

- А эти…

- А эти, остальные, просто путники, - подхватил его слова Петрович, - Хотели бы вернуться домой, в Вилье.

- За нами езжайте, - важно произнес все тот же всадник, поворачивая лошадь, - Там разберутся, кто есть кто.

Дорога до Вилье, а точнее - до военного лагеря под этим городом заняла немного времени. Оказывается, общение между путниками позволяет сократить путь чуть ли не в два раза.

Кроме того, тот факт, что Малой заговорил, произвел на Фирса большое впечатление и всю оставшуюся часть пути он отводил душу, ругаясь с ним на чем свет стоит. Их оживленная беседа изрядно веселила конвой, но была вскоре прервана выехавшим им навстречу всадником с дорогими латами, по всему видно - командиром более высокого ранга. Выслушав доклад патруля, он сразу же распорядился:

- Товар и фермеры - к интенданту.

Проводить, - кивнул он патрульным в сторону подводы. - Остальные - за мной.

- Ну что, дай бог свидимся, - Фирс потряс Петровича за руку, - Пусть у вас все сложиться хорошо, ведь вы приносите счастье.

- Хотелось бы в это верить.

- Я это чувствую.

- Вы еще расцелуйтесь на прощание, - проворчал всадник, - Шевелитесь уже, некогда мне тут на ваши сопли любоваться!

Въезд со стороны леса вел в дальнюю от города часть военного лагеря.