Шутка Немезиды

На моё счастье шары те недолговечными оказались и лопнули, словно их не бывало, иначе не дожить мне было бы до нынешних времен. Но меч она мне все-таки выбила, а я не рассчитал и свалился на прелата. Тот и так еле жив от страха был, а тут и я еще придавил его своими доспехами. Думаю - хана старику. Помог, называется. Тоскливо мне стало - просто жуть. Кричу чтоб добила меня - как мне товарищам в глаза смотреть?

Рокс замолчал, задумчиво глядя на остроконечные крыши над монастырскими стенами. Пауза затянулась и Юля подёргала его за рукав:

- А дальше что?

- Что-что, добила, конечно! - Рокс расхохотался, глядя на лицо Юли.

- Шучу. Я когда закричал, к ней развернулся, как говорят, лицом к лицу. А лицо у нее зеленое. Только я не на лицо смотрю, а в глаза ее, синие, как небесная высь. И чувствую, что слова застряли в горле, и я лежу просто раскрыв рот, - он снова замолчал, переживая нахлынувшее воспоминание.

- А она? - не отставала Юля.

- Она сказал, что я дурак и словно в воздухе растаяла - кинулась в лес и растворилась среди зелени.

А прелат-то жив оказался. Выбирай, говорит, награду какую хочешь, только не распространяйся об этой истории. Ну я и вывалил - не хочу больше в таких походах участвовать, с илонами воевать… - Рокс рассмеялся. - Понятно теперь, как я на этом теплом месте очутился? Но мы, кажется уже и пришли, - он указала на обитую железом дверь. - Прощай валькирия и помни, что шанс распорядиться своей судьбой у тебя есть, а как ты его используешь - зависит только от тебя.

Глава 9. Арена

Утро следующего дня наступило внезапно. Юля долго не могла понять, где она находится и почему вокруг нее каменные стены. Помещение совсем не походило на небольшую, но уютную однокомнатную хрущевку, которую она снимала в старом, но еще прочном пятиэтажном наследии советской эпохи.

Ужасно захотелось почувствовать аромат черного заварного кофе, которым она изредка баловала себя, если удавалось побороть сладкий утренний сон. А когда к нему добавлялся воздушный круассан с румяной поджаристой корочкой, то счастье было совершенно полным, которым она готова была делиться со всем миром.

Казалось, что даже в воздухе стали витать те самые запахи, разбуженные силой желания.

Юля вздохнула, и приятная пелена перед глазами развеялась, оставив наедине с грубым суконным одеялом и серым камнем окружающих стен.

Тоска накатила щемящей волной, захлестнув с головой так, что из глаз непроизвольно потекли слезы.

Но странно...