Кривой

Даже глаза прикрыл. Ужасно хотелось пить. Старик облизнул пересохшие губы, но слюны во рту не было, язык даже сухой. Выплюнуть набившуюся в рот землю и то нечем было. Тяжело вздохнув, кривой открыл глаз и стал ощупывать – чего же он достиг. Доска, которую он оторвал, была не широка, но позволяла засунуть в гроб руку. По могиле уже начал распространяться приторно-сладкий запах гниющей плоти. Кривой грязно выругался, чтобы придать себе силы и сунул руку в щель. И ничего… Проклятье! Между рукой и трупом была ещё одна преграда – внутренняя обивка крышки гроба.

Ругая богатеев, не жалеющих денег на лишние украшение гробов, Ост достал нож и вспорол ткань. Тошнотворный запах трупа так и шибанул ему в ноздри. Комок подступил к горлу. Справиться с ним было невозможно, и кривой только успел прижаться затылком к стенке могилы, как его вывернуло наизнанку. Хорошо хоть не в гроб. Обессиленный после приступа рвоты, старик откинулся к стенке могилы и в который раз уже закрыл глаз за сегодняшний день, собираясь с силами для дальнейшего кощунства. Он чуть не задремал. Какой-то пронзительный кошачий крик вернул сторожа к действительности. О, боги, если б он знал, как всё это будет тяжело. Ну, да ладно, осталась самая малость, снять с трупа драгоценности и зарыть могилу. Зажмурившись, всё равно от зрения толку было мало, он засунул руку в гроб.

Ост прикинул, что где-нибудь в этом месте будет грудь женщины, будет золотой медальон на цепочке. Да вот она высокая грудь. Сторожа пробил озноб, рука затряслась.

Он провёл туда-сюда пальцами, никак не мог найти медальон. Фу, вот он, рука его наткнулась на металл. Сжав непослушными пальцами драгоценность, он потянул его к себе. Не тут-то было. Цепочка держала крепко. От бессилия и ярости кривой дёрнул со всей силы. Раздался глухой удар – это голова трупа ударилась о крышку гроба. А вот цепочка выдержала. Обругав мастера, сделавшего цепь, старик попробовал снять медальон по-другому – через голову, как и положено. Ухватив его покрепче, сторож потянул его к краю гроба, опять неудача, цепочка за что-то зацепилась. От ярости у старика даже смелость появилась, он засунул руку поглубже и нащупал на чём-то гладком и холодном цепочку – потянул от себя. И понял, за что она зацепилась – за уши женщины, тогда кривой просунул руку трупу под голову и освободил проклятую цепь, пальцы его при этом ощутили шелковистость мягких волос и вдруг наткнулись на что-то твёрдое и холодное. Так это же диадема – мелькнула мысль. Повезло.