Лорд. Небесные дороги

Запомни, второй раз повторять не буду.

- Сейчас проверим, - она замахнулась и...

Царьков пригнулся, затем подпрыгнул на метр в высоту, избегая ударов, однако амазонка, развернувшись к нему спиной, ткнула тупым концом оружия в грудную клетку. Пришлось попятиться, дабы не свалиться.

- Ах ты …, - грязно выругался Леонид по-русски.

То ли дамочка слишком задумалась, пытаясь понять сказанное, то ли не ожидала прыти от пленника, но тому удалось сократить дистанцию, увернуться от копья и ударить коленом в середину бедра незнакомки.

Теперь уже взвыла она. Подножка сбила ее с ног, и стопа пленника дотронулась до горла амазонки.

- Лежать …, - он снова выругался. – Раздавлю, как гадюку.

Он говорил по-русски, но переспрашивать дамочка не рискнула. Сейчас глазами мужчины на нее смотрела смерть.

И все-таки духу убить женщину ему не хватило:

- Да пошла ты, - плюнул Царьков и, развернувшись, двинулся прочь.

Проклиная все на свете, Леонид шел, ожидая последнего удара в спину. Но его не последовало.

- Почему не убил? – спросила, глядя прямо в глаза.

- Не имею такой привычки.

- Ладно, бить больше не буду, но ты все равно пойдешь со мной.

- С какой стати?

- Без еды и оружия ты погибнешь. Или зверье сожрет, или попадешь в руки к моим подругам. Они точно убьют.

- Зачем было брюки резать?

- Я сейчас, - она развязала шнурок на поясе и нацепила одну из своих юбок Леониду. – Большего рабу не положено.

- Опять раб?

- Да. По-другому нельзя.

Теперь она практически уговаривала пленника принять ее условия.

- И долго это продлится?

- Пять дней, потом я что-нибудь придумаю. Пойдем, а?

- Веди. Ё-мейл тебе с вирусом!

- Погоди, - она вернулась и прихватила спрятанный под кустом узел, еще совсем недавно бывший его рубашкой. Туда же отправились и порезанные брюки.

По дороге Ортиана, как звали амазонку, рассказала, что ожидало рабов в ее родной деревне. Сначала клетка, потом первый бой с дикарем нижнего яруса. После победы его переведут в конуру к хозяйке, а после третьего выигрыша она наденет на него вторую юбку и пустит в свой шалаш.

- Зачем? – задал дурацкий вопрос Царьков, пребывавший в состоянии глубокого безразличия.

- Я имею право зачать ребенка только от сильного самца. Таков закон. Женщина ловит дикаря, выставляет его на арену, если он хорош, пускает его к себе.

- А потом?

- Ты поможешь мне, я попробую помочь тебе. Ты же хочешь выбраться с нашего острова?

- Наверное.