Лорд. Небесные дороги

Мяса там все равно мало, да и невкусное оно.

Одеяние детей мало чем отличалось от костюмов взрослых. Разве что юбок носили по две, и свободные топы доставали им почти до пояса, видать, шились на вырост. Ворона с ромбическим пятном сидела поверх мешковины. Глаза закрыты, клюв опущен. Казалось, птица спит, а чтобы не улетела, ее привязали веревкой к руке ребенка.

- Дай мое, угу? – произнес Царьков, указав на пернатого.

- Нет! – Огсиена еще раз топнула ногой.

- Чего приперлись? – вышла из шалаша Ортиана. – На раба поглазеть?

- А что, нельзя?

- Смотрите, если других дел нет.

Леонид повернулся к хозяйке и приблизился к ней почти вплотную.

- Сейчас точно ударит, он же дикий, - испуганно донеслось от ограды.

- Мне нужна та птица, - совсем тихо произнес Звереныш. – Или я не буду драться в следующий раз.

- Звереныш, а ну на место! – прикрикнула амазонка, и раб побрел к своему шалашу.

- Огсиена, хочешь погладить Звереныша?

- А он не укусит?

- При мне - нет, он меня боится.

- Хочу.

- Могу устроить в обмен на пернатого.

- Тогда… тогда, - девчушка разволновалась. – Два раза. Сейчас и в полдень, - она опять топнула ногой.

- Договорились, заходи, если не боишься.

Превозмогая страх, девчушка зашла за ограду. Ортиана поманила раба пальцем и приказала тому опуститься на четвереньки. Леонид спиной почувствовал прикосновение дрожавшей ладони.

- Ах! – кто-то из зрителей не выдержал.

Царьков бросил мимолетный взгляд на подружек обладательницы вороны. Не надо считаться физиономистом, чтобы прочитать зависть на их лицах.

«Если сейчас рявкнуть, визгу, наверное, будет... Не стоит экспериментировать. Во-первых, ребенок мне ничего плохого не сделал, а во-вторых, уши жалко. До чего я докатился! Стою на четвереньках, дети гладят, как пса. А впрочем, почему как? Цепь есть, забор имеется, будка – пожалуйста. Осталось только еще покусать кого-нибудь, чтобы посчитали бешеной собакой да прибили».

- А он хороший, - девочка осмелела и коснулась ладошкой головы.

- Ну все, хватит. Приходи в полдень, - женщина забрала ворону, ловко перерезав веревку тесаком.

- Ага, я обязательно приду, - девочка вышла с гордо поднятой головой.

Птицу Ортиана отнесла в свой шалаш, пообещав ночью передать в руки раба. Леонид хотел было возмутиться, но хозяйка спешила покинуть дом, разговора не получилось.

В деревне существовала трудовая повинность, и каждая из амазонок должна была ее отрабатывать. Сегодня дюжина аборигенок отправлялась обновлять ограду на северной окраине деревни.