На стыке трех миров

Хочешь эксклюзивное произведение?

Ничего другого Фетрову просто не пришло в голову. Он постарался сыграть на женских слабостях. Как умел, а умел он не очень хорошо. В любой другой ситуации Злавадская наверняка бы услышала фальшь в его голосе, но не сейчас.

— Я не понимаю, — совсем растерялась брюнетка. — Расческа?.. Она у тебя в моей сумке. Все равно я не верю, что ты парикмахер.

— Проверить недолго. Неужели откажешься? Я ведь от всего сердца предлагаю. И только один раз…

Фокусник уже приступил к гипнотическому воздействию.

Он, конечно, был не в лучшей форме, но близость к субъекту, непосредственный контакт с ним и некоторая психическая неуравновешенность пациентки давали ему дополнительные преимущества.

— А сейчас зажмурься. Поднимайся, я отведу тебя к зеркалу. Держись за руку.

Так он и повел женщину к обрыву. Они начали спуск по наклонному уступу, высеченному в скале.

— Здесь очень узкие коридоры, поэтому идти придется боком. Прижмись к стенке, что за спиной. Та, что спереди, недавно покрашена, я не хочу, чтобы ты испачкалась.

Фетров внушил журналистке, что существует только его голос, ничего другого она не слышала и без разрешения фокусника не могла открыть глаза, даже когда пару раз споткнулась. В такие моменты парню приходилось резко прижимать брюнетку к скале, а самого иллюзиониста страховала Вероника. Она опять двигалась впереди «процессии».

Весь спуск Андрей продолжал свой малосодержательный, но необходимый для дела монолог. Почти час. К концу пути он уже еле ворочал языком.

— Мы пришли, Мадлена.

Очнись.

— Ой, мамочка! Что вы сделали с моей головой? — Сразу дала о себе знать боль в висках. — Едрена-матрена к твоей бабушке!

— Да ничего необычного, — ответила Вероника. — Андрей тебя немного причесал, а потом помог спуститься со скалы.

— С какой скалы?

— Вон с той, — указала вверх синеглазка.

— Мама дорогая! Я оттуда спустилась?! — Злавадская инстинктивно села на траву. — Мне плохо.

С расстояния почти в километр от берега, где они стояли, шум водопада доносился слабо, поэтому люди сразу расслышали посторонние шорохи.

Кто-то выбирался к ним из лесной чащи.

— Подруга, — прошептала Таркова, — сейчас может стать еще хуже.

— Не хочу. — Журналистка передумала падать в обморок.

Из густых зарослей сначала показались когтистые передние лапы, а потом высунулась похожая на бычью голова, только без рогов. Зверь высунулся наполовину и остановился, издалека изучая людей?

— Кто это? — прошептала брюнетка.

Похоже, у животного был тот же вопрос.