Моров

То есть получается, что группа подростков припозднилась с вечерней рыбалки, что часто бывает у деревенских ребят, так как они по своей натуре более самостоятельные. Завидев на пустой дороге машину, с неместными номерами, они решили благоразумно ее обойти. Но главным было не это, финальным умозаключением Лехи было то, что если ребята уверенно двигались в определённую сторону, значит там была их деревня, или поселок, или любой другой населенный пункт. Который был скрыт от глаз густыми зарослями деревьев, или иными особенностями ландшафта.

Пока парень проявлял чудеса дедукции, компания скрылась из виду. Опомнившись Алексей одним быстрым глотком употребил приличную дозу виски, вытащил ключ из замка зажигания, выскочил из машины, закрыл дверь и побежал к тому месту, где деревенские рыбачки предположительно вошли в лес.

– Эй, ребят, – попытался он окликнуть их в темноте. Впереди он никого не видел и понимал, что его крик, может заставить подростков равно как отозваться, так и пуститься на утек, по знакомым им тропам.

Но он естественно надеялся на первое, – ребят, мне помощь нужна. Проводите до деревни. Бензин кончился и колесо пробил, – ему никто не ответил. Но более интересным было отсутствие вообще каких-либо звуков. В ночной тиши звуки шагов группы из нескольких человек, по шуршащей осенней листве, должны были звучать как топот марширующей по плацу роты, но вокруг стояла абсолютная тишина. Конечно, незнакомцы могли заметив слежку притихнуть и спрятаться за кустами и деревьями. Но звуков не было абсолютно никаких. Еще стоя с сигаретой у машины Алексей слышал, то тут, то там потрескивание веток, шелест листвы на ветру и даже отдаленное уханье филина. Но сейчас он будто бы был в вакууме, он не слышал даже собственных шагов. Леха потряс головой, несколько раз с силой надавил ладонями на ушные раковины – ничего не изменилось. Он рассмеялся про себя: «Чтобы от паленой синьки слепли, это слышал, но что бы глохли!» – парень сделал еще несколько шагов, никакого звука.

– Эй, парни, ау! – даже его собственный голос звучал как будто бы под водой, то есть он не слышал его отражения от окружающих поверхностей, он резонировал лишь внутри его черепной коробки, – может я и правда свихнулся? А, что если я вылакал всю бутылку и сейчас пьяный сплю в машине, а все это мне просто снится? – такое объяснение показалось интересным, и он даже ущипнул себя за запястье.

– Ни хера, – пробурчал он, когда резкая боль от щипка отступила, превращаясь в саднящую.