Сыны мести (Начертатель-1)

— Мне самому мерзко от того, что приходится делать. Но надо использовать все дары богов. Будет забавно, если мы с тобой попадём на один корабль.

— Молись, чтобы этого не случилось, — прошипел я. — Перережу всем вам глотки, обещаю.

Броки снова улыбнулся, да только теперь я видел в этом не обезоруживающее обаяние, а угрозу.

— Ты мне нравишься, Хинрик. И сейчас я твой единственный друг. Вермар любезничать не станет. Не подведи моё доверие.

— Услуга-то какая, охренеть!

— Замолчи и иди, иначе затолкаю твои же портки тебе в рот.

Голова всё ещё гудела от побоев, на затылке кровоточила рана, даже немного подташнивало. Не иначе как Вермар едва не раскроил мне череп. Я поплёлся следом за Броки и Коли, оставив позади себя угрюмыша. Шёл, стараясь незаметно глазеть по сторонам. Искал возможность. Выжидал.

Почти весь путь от привала и до самой Развилки мы преодолели молча. Шли медленно и осторожно. Броки больше не пел песен, Коли опасливо глядел по сторонам, Вермар хранил безмолвие, но тоже нервничал и всюду искал угрозу.

Братья явно боялись разбойников Кровавого Топора. Эти, судя по рассказам, пленных не брали: либо грабили путников до нитки и отпускали, либо убивали на месте, если те сопротивлялись. А я уже не знал, что лучше: гнуть спину на вёслах в качестве раба или просто подставиться под меч.

Когда солнце начало клониться к горизонту, дорога пошла на спуск. С вершины холма мы увидели, что путь уходил в леса и там раздваивался. Севернее я заметил огонь костра, но добраться до него не мог — слишком далеко.

А дальше почти у самой кромки горизонта виднелись очертания крыш Фисбю. Это злило ещё сильнее.

— Обойдём по лесу, — решил Броки. — На дороге мы слишком хорошая мишень. Поспешим, нужно пройти как можно дальше на запад до привала.

Вермар подтолкнул меня вперёд.

— Не смей орать, — предупредил он. — Убью.

А мысль дельная, хоть и смелая. Какая разница, от чьей руки погибать?

Мы углубились в лес. Знаменитый тёмными чащами и свирепыми медведями Бьерскогг располагался севернее, но даже здесь становилось неуютно.

Двигались мы почти на ощупь: страх гнал Броки как можно дальше от обиталища разбойников, и ради этого он явно был готов рискнуть переломанными ногами. Перебираясь через овраги, мы то и дело спотыкались о старые камни и коряги. Коли угодил в неглубокую яму и повредил лодыжку, но ходить мог, хотя и прихрамывал. Я брёл, прислушиваясь к звукам леса.