Сыны мести (Начертатель-1)

— Рыбу спёр, негодник! Лови его!

Ярловы мужи лишь расхохотались. Мальчуган явно был из местных, и, судя по всему, к его шалостям все уже привыкли. К моему удивлению, ребёнок побежал в дом ярла и скрылся за порогом, а сам Свейн окликнул женщину и потянулся к кошелю.

— Не серчай на него, Хильд, — пророкотал он. — Считай, мой малец у тебя её купил.

Толстуха с неодобрением покачала головой.

— Разбаловал ты его, Свейн. Раньше он просто шалил, а теперь крадёт. У твоих же людей!

Ярл кивнул.

— Я выпорю его, не волнуйся.

Женщина ушла, получив свои монеты. Видимо, этот Ари был поздним и любимым ребёнком, потому как скорее годился ярлу во внуки. Свейн не выглядел немощным, и все же возраст навалился на него тяжёлой ношей. Правитель Эрхелла был наполовину седым, очень грузным и явно любил эль. Да и лупить сына Свейн что-то не стремился. Предположив, что ярл был в благостном настроении, я рискнул подойти.

— Ярл Свейн? — поклонился я.

— Я тебя не знаю, — прищурился муж. — Кто ты и зачем пришёл?

— Меня зовут Хинрик, я слуга начертателя.

Мой наставник держит путь на север и послал меня взять еды. Старая Ауд сказала, что твоя жена продаёт мясо, и я хочу его купить.

— Какому начертателю ты служишь? — оживился ярл и отхлебнул ещё эля.

— Ормару Эйрикссону.

Свейн уважительно кивнул. Хускарлы за его спиной удивлённо переглянулись.

— Я слышал это имя. Говорят, он сильный колдун. Но почему же Ормар не пришёл сам? Мы бы оказали начертателю гостеприимство. В нашем доме всегда рады важным гостям.

Теперь пришлось плести паутину лжи дальше.

— Мой наставник не любит городов, — пояснил я, на всякий случай снова поклонившись. — Потому и переселился в Бьерскогг, чтобы громче слышать голос богов. Но я передам ему твоё приглашение, почтенный.

Ярл махнул рукой в сторону дома и поднёс ко рту кружку.

— Заходи во двор, спроси мою Илви. Даст мяса.

— Благодарю, почтенный.

— И передай колдуну, что я его приглашаю! Не забудь!

Я вошёл внутрь и на миг остановился, рассматривая убранство.

В центре большого зала горел очаг, вокруг которого сидели женщины и дети. На возвышении располагался трон ярла — резное деревянное кресло, через которое перебросили медвежью шкуру. По стенам развесили оружие, оленьи рога и волчьи черепа.

Одна из рабынь вопросительно подняла на меня глаза.

— У меня дело к почтенной Илви, — сказал я.

— Она на хозяйстве. — Женщина отложила рукоделие и встала. — Идём, провожу.