Олимпиец

Я отшатнулся и, не удержавшись на ногах, грохнулся на землю, сильно приложившись спиной о дерево. Хорошо хоть мяч сохранил.

— Классный удар, — я потрогал разбитую губу, из которой медленно сочилась кровь. — Чего ж ты раньше сдерживалась?

Кэйтлин не ответила. Лишь скрестила руки на груди. Её губы растянулись в победной ухмылочке.

— Ты там не устал? — передразнила она. — Можем передохнуть.

Я одним движением вскочил на ноги. В левой руке мяч, а правая вытянута вперед.

— Нападай, красавица, — я поманил ее на манер Нео из «Матрицы».

Кэйтлин недовольно прищурилась и резко сократила дистанцию. Вот только теперь я был готов. Мощный удар ногой в корпус я отвел в сторону краем ладони, а от двоечки в челюсть увернулся маятником.

Кэйтлин фыркнула, встала в стойку и принялась кружить вокруг меня, изредка разражаясь серией из двух-трех ударов. Она явно рассчитывала меня измотать.

Что ж. У нее это отлично получалось.

Настоящий Адриан не особо фанател от спорта. И ни мои годы тренировок в родном мире, ни божественная кровь не отменяли факта, что сейчас я был.

Я отхватил еще несколько ударов ногой по ребрам, а от ловкой подсечки грохнулся лицом на камень и разбил себе нос.

Кэйтлин даже не попыталась забрать мяч. Вместо этого она присела рядом со мной на корточки, подняла меня за волосы и изучающе глянула в лицо.

— Ну что, сдаешься?

Вместо ответа я боднул ее лбом, перевернулся на спину и, крутанувшись на манер капоэйриста, влепил ей двумя ногами в живот.

Я кое-как поднялся с земли и посмотрел на нее сверху вниз.

— Только начал.

Это стало последний каплей. Удивление на лице Кэйтлин сменилось яростью. Она зашипела, словно лесная рысь, и плавным движением вскочила на ноги.

По толпе прокатился изумленный ропот.

Я сузил глаза. Дело дрянь.

На голове у Кэйтлин, прямо из воздуха, появился сияющий ярко-зеленый лавровый венок.

Символ.

Ясно, девица пошла с козырей. Тогда…

— Стоп! — я вытянул вперед руку.

Она замерла. Губы сжаты, а глаза метают молнии. Я даже залюбовался ею на секунду. Но только на секунду.

— Твоя взяла, — я перебросил ей мяч. — Но как-то это неспортивно.

— Радуйся, что жив остался, — презрительно фыркнула Кэйтлин

Она подняла куртку с земли, отряхнула ее от грязи и налипших листьев и, кивнув своей команде, потрусила обратно на волейбольную площадку.