Олимпиец

— Обращайся к Владыке как положено!

— Да, да, — кивнул воин и с издевкой склонил голову. — Не гневайся, о страшнейший из богов. И ты тоже, Алекто. Ты тоже очень страшна.

У фурии аж глаз дернулся от такого комплимента. Она медленно вытащила из-за пояса хлыст с вплетенным в плеть медным шариком и взмахнула им для пробы. Тот со свистом разрезал воздух. Алекто уже было приготовилась пройтись наглому воину по спине, но ее остановил повелительный жест Аида.

— Оставьте ваши игрища на потом, — холодно велел тот. — Сейчас ваше внимание должно быть тут.

— Да, Владыка, — недовольно хлопнула кожистыми крыльями Алекто и прошептала: — Он у меня еще попляшет.

— Весь в твоем распоряжении, красавица, — воин легко услышал ее слова. — Только…

— Замолчите! — рявкнул Аид. — Оба.

Ахиллес был для него вечной занозой в заднице. В смерти воин ничуть не убавил в гордости, даже наоборот — теперь вообще потерял все границы. Ахиллес не признавал авторитетов, хамил и всячески демонстрировал, что он в Подземном Мире только по своему желанию и может уйти в любой момент.

Аид давно порывался наказать наглеца и запихнуть его на недельку в Тартар. И наказание придумать поизощреннее, чтобы проняло. Но каждый раз себя останавливал. Во-первых, Эак — один из трех судей, которые распределяли души по Загробному Миру, — постановил Ахиллу вечное блаженство Элизиума, а идти против своей же судебной системы… Зачем он тогда вообще ее создавал?

А во-вторых… Аид прекрасно знал, что в Тартаре Ахиллесу понравится. Великий Хаос, он от восторга бы напился амброзии и пел хвалебные песни.

«Надо найти ему работу», — в который раз пообещал себе Аид, прекрасно зная, что все равно забудет. У него было слишком много дел, чтобы заниматься еще и своенравным воякой. Например, этот труп под ногами.

— Опиши, что произошло, — велел он.

Ахилл пожал плечами.

— Все, как в прошлый раз. Золотая вспышка, из портала — с чересчур уверенными лицами, на мой взгляд, — вышло четверо бездарей.

— Бездарей? — удивился Аид. — Почему?

— Для меня все остальные в этом мире — бездари, — высокомерно пояснил Ахиллес и продолжил: — Но в этот раз они просчитались. Совершили глупость. Очень большую глупость, — он крутанул копье в руке и кровожадно усмехнулся. — Вышли в паре метров от меня.

— Остальные, я полагаю, сбежали? — осведомился Аид и, присев на корточки, принялся изучать тело.