Хаос и Тьма

Кто знает, возможно там мне удастся хотя бы согреться? Загляну-ка я на огонек! Приблизившись к костру, я увидел сидящего возле него человека – он что-то поджаривал на длинном пруте. Услышав звук моих шагов, он обеспокоенно встрепенулся и даже привстал.

- Простите, что я вас побеспокоил, - я предупредительно выставил вперед раскрытые ладони, показывая, что у меня нет дурных намерений. – Можно попросить вас о том, чтобы погреться у вашего костра?

Видимо, мои слова слегка успокоили ночного жителя – он вновь присел у костра и проворчал:

- Присаживайся, огня мне не жалко.

Я поблагодарил его за гостеприимство, присел рядом с костром и протянул к огню руки.

- Что, жизнь совсем прижала? – ехидно усмехнулся мужчина. – Как зовут-то?

- Алекс, - тихо ответил я. – А насчет жизни – да, есть немного … Приехал к родственникам, а дома никого нет. Вот и брожу как неприкаянный.

- Бывает, - вздохнул мужчина. – Меня Климом кличут. Я вот тоже, как видишь, в жизненный переплет попал …

Дальше он не продолжил – видимо, не хотел делиться о подробностях своего «переплета».

Хотя, по характерной одутловатости и землянистому цвету его лица и так все было понятно. Неожиданно он снял с прута прожаренный хлеб, отломил от него приличный кусок и протянул мне.

- Угощайся, бродяга!

Я искренне поблагодарил его за угощение и впился зубами в хрустящий кусок хлеба. Никогда бы не подумал, что хлеб может быть таким вкусным – сейчас он казался мне пищей богов.

Неожиданно Клим все-таки начал рассказывать о себе. Наверное, увидел во мне родственную душу, судя по сходному положению в котором мы оба оказались.

И хотя история его была банальна до безобразия (работа на заводе, с которой его вышвырнули; пристрастие к алкоголю; трагический развод с женой) я продолжал его внимательно выслушивать, изредка кивая головой из приличия. Он рассказывал очень долго, и похоже ему было плевать – на самом ли деле я его слушаю. Наконец он закончил и неожиданно спохватился:

- Слушай, Алекс, тебе, наверное, и ночевать-то негде?

Я удрученно кивнул в ответ и тяжело вздохнул – чертовски хотелось спать, да и ушибы неимоверно болели.

В этот момент я больше всего мечтал о каком-нибудь матрасе – настолько я был вымотан за последнее время! Мне казалось, что за последние три дня я прожил целую жизнь. С тех пор как я оказался в этом мире, события разворачивались с головокружительной быстротой: погони, стычки и творящиеся вокруг чудеса производили впечатление непрекращающейся кровавой карусели.