Без чести. 2 часть

В ту же секунду вылетел ещё один луч, только направленный в Моисея. Толстяк взмахнул руками, обронив оружие. Часть упитанного тела оторвало лучом. Моисей, вскрикнув, упал на пол и затих. Граф, застывший от ужаса, наблюдал за поражением Моисея.

С пола поднялся мужчина в кровавой форме охранника. Лизард с ещё большим ужасом узнал в нем лазутчика Бату.

— Вот и настал час расплаты, — наслаждаясь секундами триумфа, произнёс Бесчестный.

— Ты? Но как? Тебя же убили! — опешил граф.

— Нет. Это тебя сейчас убьют. И я рад, что это сделаю я.

— Подожди, Бату. Не спеши, — выставил перед собой руки граф. — У меня есть много золота. Я тебе его отдам в обмен на мою жизнь.

Бату задумался. Через секунду сказав: — Нет. Мне нужна твоя жизнь. И ваш Машбер.

— Хорошо, хорошо, я тебя сделаю своим помощником... Плюс золото, что обещал. Поверь, ты не пожалеешь, — уговаривал граф.

— Ты предлагаешь место Моисея?

— Совершенно верно. Его место освободилось. Ты его уволил, — изобразил Лизард подобие улыбки. — Да и этот никчёмный толстяк ни на что не был способен, — покосился глава монетного дома на лежащий рядом лучемёт.

— Думаю, у тебя получится все гораздо лучше, чем у него.

— Браво, — послышался голос и аплодисменты.

Парень с графом уставились на лежащего Моисея, который сел на задницу, хлопая в ладоши. У Бату волосы поднялись дыбом. Лизард едва не лишился чувств.

Моисей поднялся. Оторвал кусок разорванного живота. Бату заметил, что крови совсем не было. Толстяк откинул в сторону часть плоти.

— Ещё бы немного и попал, — расплылся в улыбке Моисей, обращаясь к Бату.

Но Бесчестному было не до улыбок, совсем забыв об оружие в руках.

— Что уставились? Не ожидали?

— Но... Но как ты... — граф заикался, едва не теряя рассудок.

Лицо Моисея из улыбчивого поменялось на яростное.

— Ты, граф, позор нашего рода. Оно и понятно. Чего можно ожидать от полукровки, кроме как ошибок и предательства.

— Да как ты смеешь? Ты...

Но договорить Лизард не успел, в мгновения ока Моисей оказался возле графа.

А ещё через долю секунды Лизард хрипел, заливаясь кровью, вместо горла у него появилась дыра, из которой хлестала кровь. Ещё через несколько секунд граф замертво рухнул лицом в пол.

— Да и кровь у тебя не нашего цвета, — брезгливо тряхнул рукой толстяк, струшивая окровавленный кусок горла графа.

Бату вспомнил об оружии в руках и медленно перевёл лучемёт на Моисея.

— О-у-у, — поднял руки толстяк. — Подожди. Не делай глупостей. Давай поговорим.