Ингви фон Крузенштерн

Быт на кнорре разнообразием не отличается. Команда из восьми человек, а так как я оказался самым младшим и к тому же сирота, то получил работы по полной.

Судно забито под завязку и когда выяснилось, что для меня свободного места нет, я нашёл тёплый уголок между бочками и мешками, где можно схорониться во время дождя и даже высокой волны. Здесь я уже не стеснялся пользоваться магией, но без внешних эффектов. Просто согревался и пережидал непогоду. До той поры пока не пошлют вычерпывать воду или ещё что-нибудь.

Однажды мне стало совсем худо.

Получил тумаков от помощника капитана по прозвищу Акула, вылил два ведра с отходами, и под моросящий ледяной дождь забрался в свой закуток. Команда и капитан предались пьянству, кутаясь в тёплые шкуры под трепещущим полотном навеса.

В очередной раз нахлынули воспоминания о случившемся. Сердце и душа закровоточили от горя. Я давлюсь стонами и всхлипами. В этом жутком мире остался совсем один. Кругом бессердечные уроды, которым плевать помру ли я от воспаления лёгких или иной болезни.

Обращаются хуже, чем с псом. Я мечтал, что стану великим, как отец, а сейчас у меня даже имени нет. Кольбейн и команда зовут Треской. Мелкая рыбёшка. Червяк.

Вспомнилась моя первая любовь и сердце отозвалось стонущей тоской. Словно наяву вижу тот день…

Из воспоминаний Ингви о ведьме Пещеры Прилива

Рослый парень приблизился к краю обрыва над морем. Плечист, но долговяз. Взгляд серебристых с синим ободком глаз заскользил по открывшейся безбрежной панораме. Дует умеренный морской ветер, чайки радуются отливу и пиршеству на освободившемся от вод берегу.

Парень не долго любовался морем. Оно его нисколько не удивляет и особо не манит, ведь живёт он возле него с раннего детства. Рискнув и убежав из дома, Ингви решился на приключение — отыскать путь в Пещеру Прилива, в которой по слухам живёт ведьма. Это опасно и отец сильно накажет, если узнает. Не спасут даже увещевания матери.

Единственный видимый с лодок и кораблей вход — это небольшой чёрный зев в центре стены обрыва, откуда иногда виднеется свет.

Но это всё слухи, ведь никто не рискует подплывать ближе — дно у берега изобилует клыками скал, а море над ними словно сходит с ума и даже в штиль, стоит только подплыть, поднимается волна.

Опять же, если верить слухам, есть и второй вход. В него можно попасть только в час отлива, возле основания обрыва. Никто толком его не видел, у места дурная репутация, но слухи — вещь очень упорная, а для юной головы сына Ярла ещё и заразная.