Ингви фон Крузенштерн

Ещё много коренных жителей — балтов. С приходом русской власти, порт стал оживать. Сейчас тут полно кораблей.

Мелкие рыбацкие лодчёнки, похожи на осенние листочки на воде, в сравнении с гигантскими галеонами, великанами стоящих на якорях недалеко от пирса. Доносится гул стихийно растущего портового района, что на фоне Вышгорода — высокой части города, стоящей на холме с обрубленными краями. Выглядит, как грязный, чадящий муравейник. Ещё Колывань зовут Ревелем. Вышгород полностью оправдывает своё название — красивые каменные дома со светлой штукатуркой, высокий шпиль городской ратуши, что сейчас, на рассвете, особенно великолепно смотрится на фоне общего ансамбля — водной глади, пустынного равнинного берега и мощной крепости, сурово вырастающий красными стенами из почти не возделанной земли.

Глава 5

— Треска, подойди! — крикнул Кольбейн и я стал озираться спросонья.

Пока маневрировали в гавани, под ругань и прочие крики команды, умудрился заснуть.

— Есть! — громко отозвался в итоге и заковылял на корму. Нога безбожно затекла.

Мы пришвартовались к пирсу. Повсюду кишит портовая жизнь, шибая в нос то вонью, то ароматом. Чаще вонью, учитываю сколь много тут её источников: тухлая рыба и мясо, помои и очистки с ближайших харчевен, всевозможные экскременты, коих полно и на судах, и на берегу. Только эту какофонию разбавит дымок какой-нибудь коптильни или жаровни, пробуждая желудок к борьбе за существование, как тут же на смену приходит вонь от дубилен, со шлейфом болотистых участков бухты.

— Хорош нос воротить, — вырвал из созерцания Кольбейн. Ему приходится говорить громко, ибо нас окружает портовый гвалт.

— Мне помочь с разгрузкой? — кивнул я на команду, что начала ворочать тюки.

— Нет, дружок. Разговор к тебе есть, — пожевал он губы, похожие на куски верёвки на просоленном лице. — Как хоть зовут?

— Инг… да зовите, как звали — Треской.

— Нет, ты не Треска, ты Окунь. Ещё юный, но с острыми шипами и зубами, — хлопнул он по плечу. — Обязан я тебе, Окунь. Дважды ты спас всем нам жизнь. Хочется отблагодарить. Проси, чего пожелаешь.

— Я… ну…— пришлось буквально хватать себя за язык. Геройствовать мечтал с детства, так что просто от факта признания уже счастлив. Но теперь надо привыкать искать возможности для выживания.