Ингви фон Крузенштерн

— Разрешите узнать, куда мы направляемся?

Заметно, что девушка от перечисленного и вправду не в восторге, но чувство благодарности, подкреплённое моим воздействием, перевешивает.

— В качестве благодарности, я дарую тебе возможность отмыться в бане и предоставлю одежду.

Я бы мог соблазнить эту своенравную дворянку прямо тут, но, конечно, делать этого не стану. Возможно позже, когда избавлюсь от гнусного запаха, отбивающего всяческую охоту.

— Премного благодарен, госпожа.

Она кивнула, перевела взгляд к проёму окна и почти тут же разомкнула уста:

— Откуда ты? Говоришь, как дворянин, но произношение не местное.

Я про себя только усмехнулся. Тяжело прикидываться чернью, но главное, что совершенно не хочется.

— Я сирота, леди Снежана, детства не помню, и Вы правы, когда говорите, что не местный — вырос на палубе. Сколько себя помню, проводил в плаванье. Бури, шторма, штили. И семь ветров раздувают паруса.

— Как романтично! — воскликнула она, позабыв о сути вопроса. — Расскажи мне ещё про море.

Мне с трудом удалось удержаться от смешка, чтобы не испортить момент.

К счастью, историй знаю не один десяток, немного убавив жестокости и присовокупив любовную линию, смогу восхитить дворянскую дочь.

Дорога минула за повестью. Отвлекся только тогда, когда въезжали в Вышгород, но скрыл свое удивление и восхищение.

— Знаешь…— замялась девушка, когда экипаж остановился и кучер оповестил о конце пути, — меня очень увлекла эта история. Я пришлю экипаж обратно к баням, чтобы тебя привезли к нам в дом.

Прошу, не забудь на чём остановился.

— Хорошо, — склонил голову я, пряча улыбку. — Что мне сказать банщику?

— Скажи, что граф Александров покроет расходы, — отмахнулась она и нетерпеливо застучала пальцем по лакированному подлокотнику.

— Я поспешу, Ваше Высокородие.

Едва покинув комфортное гнёздышко экипажа, я восторженно огляделся. Солдат из отряда охраны даже окликнул, чтобы я наконец сошёл со ступеней.

Вышгород отличается от всего того, что мне приходилось видеть, хотя рассказы про высокие каменные дома я слышал.

Отец так и не свозил нас на Готланд — остров недалеко от Кальмара, где такие дома были.

Улица мощена добротным камнем, сверху стёсанным, чтобы меньше бил в колёса. Через равные участки устроены клумбы для деревьев и кустарников. Последние в цвету, и я с упоением вдохнул чистый, ароматный воздух, с удивлением и радостью подмечая отсутствие в нём ставших привычными запахов дёгтя, рыбы, дыма и прочих тонов портовой части города.