Антимаг

— У нас уши волшебную аэродинамику имеют, да ещё и встроенный антиграв?

Судя по приподнятым бровям девчонки, сказанного она не поняла.

— Ваши кости отличаются от человеческих, — на всякий случай сообщила магичка. — Очень лёгкие и очень прочные, особенно после обработки. Из них мастера делают прекрасное оружие. Некоторые охотятся на эльфов только из-за ценной кости. А ещё из чистокровных остроухих получаются лучшие сосуды для пустотников. Вообще, в жилах любого сосуда для пустотников должна течь кровь эльфов.

— Зашибись, натурализация, — буркнула Миа.

Скорость маленького отряда упала до минимума: Стриж еле плёлся, практически вися на плечах соратницы.

— Эй, пернатая, — наконец додумавшись спросить совета у специалиста, окликнул он Лауру. — Может, есть способ взбодриться как-то?

— Не знаю, я не лекарь, — отозвалась та.

— Угораздило подобрать недоросля... — раздражённо буркнул Стриж.

Мотнув головой, он переключился на Мию:

— Что за «натурализация»?

— Генетические изменения для приспособления к условиям новой планеты, мой примитивный друг, — широко улыбаясь пояснила та.

— Хрена себе у вас генетика шагнула, — присвистнул Лёха. — И как это вообще выглядит?

— По-разному. Где-то меняют глаза под излучение местного светила, где-то кожу по тем же причинам. Корректируют обмен веществ, вырабатывают невосприимчивость к местной отраве, содержащейся в съедобной растительности...

Несмотря на то, что приходилось едва не тащить на себе Лёху и отодвигать с пути ветки, Миа умудрялась сопровождать свой рассказ активной жестикуляцией.

Видно унаследовала это от своих латиноамериканских предков.

— А на твоей планете? — детское любопытство окончательно прогнало раздражение Стрижа. — Чем ты отличалась от людей моего времени?

— Развитым интеллектом, — гордо задрала подбородок эльфийка, но уже через секунду весело рассмеялась. — Шучу. Незначительные изменения в обмене веществ и серьёзная коррекция глаз. В самом начале колонизации планеты мы из-за аварии утратили очень много полезного оборудования.

О робототехнике пришлось забыть, а сохранившейся промышленности едва хватало, чтобы не скатиться в каменный век. Уцелели генетические лаборатории, так что колонистам пришлось приспосабливаться и использовать ресурсы планеты. А основным ресурсом Тиамат оказалось зубастое и когтистое зверьё.

Воображение Стрижа рисовало фантастические картины опасного девственного мира, вроде Пирра, описанного Гаррисоном.