Целительница. Первое испытание

- До дальнейших указаний, ваша задача – сортировка, - тем же жестким, не терпящим возражения тоном, произнесла Людмила Викторовна. И тут же добавила: - Исключение составляют нейтрализаторы. При выявлении пострадавших в терминальной стадии, вы должны оказать возможную помощь до снижения статуса до красного. Повторяю, - она посмотрела на Анну, - до красного статуса. Данная схема действует до наступления следующего этапа, сообщение о котором придет на ваши браслеты. При возникновении непонятных ситуаций – желтая кнопка.

Угроза жизни целителя – красная кнопка. Напоминаю, что жизнь целителя – важнее жизни пострадавшего. Это – закон. Всем всё понятно? – вновь окинула она нас быстрым взглядом.

Комментариев не последовало. Да и к чему? Все, что нам предстояло, Людмила Федоровна расписала в достаточно ярких красках, чтобы не только понять схему действий, но и осознать, какими могут быть последствия в случае ее нарушения.

Один из десяти – летальный. Еще один – в терминальной стадии…

Сколько всего сортировочных площадок – неизвестно, но даже на наших трех…

На каждого – сорок секунд, идти будем от центра к краям.

За час, если не прерываться ни на мгновение, сможем оценить состояние девяноста пострадавших. А их десять тысяч!

- Аня, ты готова работать? – заставив сдвинуться Петра и Кира, сидевших лицом к нам, устроилась на краешке их сиденья Людмила Викторовна.

- Нет, - едва слышно выдохнула Филоненко, но тут же добавила, - но я справлюсь.

- Это – хорошо, - ободряюще улыбнулась ей Людмила Викторовна.

– Если поймешь, что с чем-то не справляешься, не стесняйся жать желтую кнопку. Я буду держаться поблизости, одних вас не оставлю. И еще, - ее тон стал более серьезным, - работаем без перерыва, до последнего пострадавшего. Когда будешь проводить нейтрализацию, рассчитывай, что через тебя пройдет не меньше, чем тридцать-сорок человек. Поэтому свое воздействие ты должна дозировать очень четко. Отвести от черты с расчетом, что реальную помощь ему окажут не раньше, чем через час.

Несмотря на отношение к Ане, в этот момент я ею гордилась. Только сидела бледная, как смерть, но тут же взяла себя в руки, полная решимости сделать все, что от нее требовалось.

Я чувствовала, что внутри у нее все совсем не так, но…

Вряд ли ошибалась, если у каждого из сидевших в автобусе, включая Людмилу Викторовну, внутри было совсем не так. Массовое отравление!

Это какой же надо быть сволочью, чтобы обречь столько людей на подобные мучения.