Целительница. Первое испытание

Потом отошла от стола, развернулась, цепляясь взглядом за разложенные учебники, за коробку с камнями – подарок профессора, за оставленную на спинке дивана кофточку…

Всего лишь миг, чтобы все изменилось, из неважного став ценным, из чужого, не имеющего к тебе никакого отношения, близким и дорогим, а из того, без чего, казалось, больше не можешь существовать, совершенно ненужным.

Рассуждения были не к месту и не ко времени, но мысль, если уж появилась, трудно изгнать. Особенно такую.

Переоделась я быстро.

В рюкзачок забросила влажные салфетки, бутылочку с водой, набор первой помощи и несколько амулетов, которые могли пригодиться.

У ребят это все, конечно, имеется, но…

Со своим было привычнее.

Дверь открылась, когда я, прихватив курточку – на всякий случай, уже собиралась покинуть флигель.

- Саш…

Юля остановилась на пороге, окинула меня взглядом сверху вниз.

- Позвонил Андрей, позвал на тренировку, - решила я обойтись полуправдой.

Со мной она вряд ли попросится – в отличие от Яны, Юлю стрелковый клуб совершенно не впечатлил, а так вполне себе уважительная причина, чтобы сорваться с места.

- Будет нотации читать, раз уж ночью не удалось? – улыбнулась Юля. Вот только радости в этой улыбке было мало.

- Антон звонил? – сделала я предположение, украдкой бросив взгляд на часы.

Шестнадцать минут…

В том, что касалось времени, Андрей был точен, так что три-четыре минуты у меня еще оставались.

- Звонил, - вновь сделав попытку улыбнуться, вздохнула Юля. – Я не стала разговаривать.

- Возможно, зря, - твердо посмотрела я на подругу. – Если он тебе нравится, то вам все равно придется пообщаться.

- О чем? – вскинулась она, но тут же обмякла. – Ладно, с этим я и сама разберусь.

- А с чем не разберешься? – мысленно посетовала я на то, что надо бежать.

С Антоном ей, конечно, надо поговорить, как и нам с ней. Уже спокойно, без тех эмоций, что заставляли принимать решения прошлым вечером.

Нет, мое восприятие сделанного ребятами не изменилось – грубость Трубецкого при тех обстоятельствах невозможно оправдать, но и наше поведение отдавало истерикой. Особенно, если учесть, перед кем ее закатили. Перед наследником княжеского рода!

Признаться честно, именно эта мысль и не давала мне спать спокойно.