Изнанка. Том 1.

-Ненавижу прелюдий; давайте уже перейдем к делу, - развел руки в стороны мой сосед, как бы провоцируя их.

Атаман оскалился всеми своими, не знаю сколько, но точно меньше, чем должно быть, черными зубами и дал отмашку своим друзьям. После его команды все вокруг пришли в движение: недооценка или пренебрежительное отношение к двум щенкам, на их взгляд, вроде нас, но из четверых только один направился быстрым шагом в нашу сторону, остальные же шли не спеша, подбадривая своего товарища выкриками. Быстро сокращая дистанцию, он замахнулся своим кухонным ножом, чтобы нанести удар и сразу же оказался на земле.

Все произошло так быстро и неожиданно, что я даже не успел осознать это: поймав его руку на замахе, Танул подсечкой опрокинул его на землю и, подставив руку под удар ступни, раздробил ее ногой, судя по звуку хруста костей. Поверженный заорал так истошно, что вопль поднялся на всю улицу и на этот звук из ближайших лачуг вывалились еще несколько таких же оборванцев.

-Что стоишь? – крикнул мне Танул, - бежим.

-Но ты же сам…

-Потому что их было всего пятеро, - ухватил он меня за руку и потянул за собой.

Кажется, в эту секунду ноги сами несли меня куда надо, потому что мысли явно не поспевали за действиями.

Ноги перестали чувствовать землю, мир вокруг исчез – так бывает, когда тебе по носу прилетает тяжелой дубиной. Именно таким способом оборвался наш побег. Ничего не соображая, слыша звуки, звучащие в ином, искаженном, пространстве, я лежал и захлебывался в собственной крови, хлынувшей фонтаном из моего носа.

Пока я лежал и приходил в себя краем сознания отмечал мельтешения вокруг: Танул раскидывал своих соперников одного за другим. Двигался он с грацией тигра, а удары наносил такие тяжелые, словно вместо кулаков у него пара кувалд. Откуда только он научился так драться?

Более-менее, придя в себя, я начал подыматься: сначала перекатился, кряхтя, на бок, а затем на живот, чтобы встать на четвереньки. После на одно колено, второй ногой, и с небольшим усилием я вот уже, пошатываясь, стою на ногах.

Первое, что хотелось это - сбежать. Тем более меня пока не трогали; все их внимание было сосредоточено на моем товарище, который сражался с переменным успехом: пару врагов уже лежало без сознания, один лежал с не естественно вывернутой ногой и вопил, что есть мочи. Но своих не бросают, хоть даже едва знакомых, поэтому собрав всю волю в кулак, я с криком бросился на ближайшего соперника.