Охотничий пес

Иену любезно предложили воспользоваться уборной, умыть лицо. Пес сидел у него в ногах, поскуливая, когда он вошел в умывальный зал.

- Чудовищный день, дружище, а? - сказал он псу, его хрипловатый голос разразился эхом по просторному помещению, отделанному лазурной плиткой. - Боюсь, теперь у меня будут большие проблемы. Секретарию не понравится, что я пренебрег буквой догматория и не прикончил Исхода. Надеюсь, я смогу встретиться с Ласло и получить протекцию от лица магического сообщества.

Мы давно не виделись, но он ведь должен помнить меня и то, что нам вместе пришлось пережить.

Он вытер лицо полотенцем и уставился на сломанный нос.

- Кроме того, любопытно, что после того случая с квантовой игрушкой Олдеринга появляется Исход. Может быть, это побочное последствие вероятностного вмешательства в будущее, которое предрекал тот маг-криминалист? Как его?.. Ульрих. Как ты думаешь?

Пес раскатисто залаял в ответ.

- Я так тоже подумал.

Глава 5. Защити от Лукавого

Во сне Иен видел почерневшие небеса, из них прямо на город падали обмякшие тела людей.

Они чудовищным ливнем ударялись об асфальтовые дороги, крыши, застревали в зубчатых копьях заборов. Громовой перестук кукольных туш о земную твердь напоминал барабанный бой. В чернильном небе вспыхивал горящий ореол закрытого луной солнца. Маковые головки расцветали, окаймленные красными брызгами света в мертвецкой тьме. Алебастровое платье Анны, тысячи трупов мужчин, женщин, уличных животных и некое рогатое чудовище, затаившееся в недалеком будущем, промелькнули в бурлящем котелке разгоряченного страхами разума Иена, прежде чем он проснулся в холодном поту.

Это было... предчувствие.

Как всегда, его разбудил сигнальный гудок телеграфа. Он, продолжая какое-то время неподвижно лежать, уставившись в потолок, перебирал в уме промелькнувшие на границе сна волнующие образы. Иен с превеликим трудом встал с кровати, сдерживая рвотные позывы и головокружение, сопровождающееся метеоритными зарницами в глазах, зажег свет в лампе, выхватывая из затхлой тьмы настенные часы, и хрипловато констатировал:

- Одиннадцать ночи.

..

Он подошел к телеграфу и взял напечатанную ленту.

Очередное зверское убийство.

- Вставай, Маркус, - сказал он.

Маркус перевалился на другой бок, закрываясь одеялом, и продолжил подремывать. Иен вошел в ванную комнату смыть остатки тревожного сна.