ВАГНЕР

Ни лампочек, ни другого освещения, одним соловом-склеп.

- Убрались бы хоть, - проворчал Валет.

Я подтянул свои чувства и тоннель с идущими впереди, стал виден как на ладони. Узкий коридор, по которому мы шли плавно спускался вниз.

Продолжая чувствовать Искру, я буквально «слышал» эмоции каждого из членов отряда. Если все идет по плану, значит, вы чего-то не замечаете, думал Илья.

Отстраненную уверенность Муромова, и его боевиков, сосредоточенность Волка (ба! Да у него клаустрофобия, которую наставник упорно в себе гасил.

От так новости. Значит не всегда прятаться умеем. А в лифте всегда такой уверенный казался, видно, чтобы не показывать слабость ученику, пока Искра в силу не вошла) и напряжения Ильи. Страх Васнецова. Его можно было понять. У самого поджилки тряслись. Если бы, между нами, не протискивался Валет, я нашел бы способ подбодрить Толика. Оставалось, надеяться, что из-за темноты казавший бесконечным тоннель скоро закончится.

- Стойте! – шикнул я, внутренним зрением Искры, уловив несколько светящихся бледно-желтым точек камер наблюдения, укрытых под потолком.

Сосредоточившись, я постарался «заморозить» передаваемую ими картинку, чтобы мы смогли незаметно под ними проскользнуть. – Теперь пошли.

Вскоре это случилось. В бок заворачивал уже другой, слегка освещенный коридор пошире. Неожиданно из недр здания донесся странный технический звук, будто с низким гулом запускали внушительный самолетный двигатель.

- Что это? – насторожившись и призывая к тишине, поднял руку Муромов.

- Они снова тестируют портал, - опустив глаза себе под ноги, ответил Семенов.

- Портал? – даже под балакалавой было видно, как удивился начальник, подняв брови. - Откуда у них "Сансара"?.

- Сюда, я покажу. Только осторожно.

- Все интереснее и интереснее, - следуя за всеми пробормотал Валет.

Стараясь ступать как можно тише, мы спустились на один ярус ниже. Тут работало тусклое аварийное освещение. Через еще метров десять начались первые охранники. Сняв их по-тихому, пока Семенов возился с картами-ключами, открывая очередную дверь, мы оглядывали небольшое помещение дежурной будки и множество мониторов камер видеонаблюдения.

За широким панорамным стеклом находилось низкое подсвечиваемое снизу лабораторное помещение, уставленное колбами, внутри которых в специальном булькающем растворе скукожились…

Их даже нельзя было назвать гуманоидами. Скученные гипертрофированные, съежившиеся, смотревшие на нас полными боли и страдания глазами, у кого какие были.