Прокачаться до сотки 4

— Хороший пёсик, послушный, — не может не похвалить, за сей поступок, Балагур.

— Хватит, — на этот раз уже мне приходится врубать командирский голос.

— Ну и кто тут пёсик? — скалится Корт.

— Гав-гав! — тут же выдаёт Вован, скалясь во все свои тридцать два зуба.

— Да я тебя! — снова дёргает Корт.

— Я сказал хватит! — грозный рык из-за стола. — Арим, угомони свою шестёрку.

— Он больше не будет, — хозяин дома зло сверлит взглядом одного милого и тихого гостя, который даже не хамил ещё никому. То есть меня, если кто не понял.

Вот где логика? Сам здоровается без уважения, как было сказано в одном старом фильме. Его заместитель провоцирует мирного и пушистого Вована, а сверлят взглядом меня. Беспредел.

— Кто из вас двоих главный? — вопрошает пока ещё неизвестная нам личность.

Тупой, наверное. Ясно же, что один из нас командир, а второй просто клоун по жизни. Хм. То есть он меня в клоуны определил, раз сомневается? Ох, зря он так с хамства знакомство начинает. Ой, зря-а-а…

— Я, — пожимаю плечами, — как вы, надеюсь, уже поняли, меня зовут Мажор.

Этого скромного молодого человека Балагур. Но можно и с приставкой Великий. Тоже откликается. Но при этом самодовольно лыбится.

— Ты что несёшь? — хлопает ресницами этот тип.

— Разное таскаю, — качаю головой. — Но в основном непомерное эго и самолюбование. Так что ко мне тоже можно с приставкой Великий. Но я без улыбочки если что. Ибо непомерно скромен. А кто ты?

— Вы что идиоты? — продолжает лупать лупалками и хлопать хлопалками.

— Нет, — это мы хором с Балагуром.

— Оно и видно, — с сомнением смотрит на Арима.

Дескать: «Кого ты привёл?» На что тот лишь развёл руками. Типа: «Сам в шоке».

— Ладно, проехали, — указывает на стул напротив себя. — Присаживайся. Меня зовут Черен. Я глава «Воронов».

Оп-па. А вот всё и встало на свои места. Врёт и не краснеет. Никакой он не глава. И более того хам. Я-то к нему на «вы», со всем уважением, без камня за пазухой. А он мне сразу тыкать. Можно сказать пальцем в грудь. Такое спускать нельзя.

Я же спать не смогу нормально, всё думать буду, что надо было что-то умное сказать или хотя бы втащить.

— Я хотел поговорить с главным, — остаюсь на месте.

— Я и есть главный! — аж привстаёт бедолага, грозно сверкая буркалами.

— Ты что несёшь, Мажор? — возмущается Арим. — Это и есть наш уважаемый глава.

Эм? Чо за нафиг? И Арим не врёт. Как так то? У меня что определялка лжи сломалась? Да ну бред какой-то. Это скорее ситуации веры. Чувство лжи не определят истину.