Неестественные причины. Тайна Найтингейла

Реклесс собрался уходить и предупредил Сетона, что того ждут на дознании через пять дней, – приглашение, не вызвавшее воодушевления; затем он стал собирать свои бумаги с удовлетворенной сосредоточенностью хорошо потрудившегося страхового агента. Дигби наблюдал за ним с озадаченностью и опаской, как мальчуган, не уверенный, что хочет расстаться с обществом взрослых, хотя ему пришлось с ними несладко. Застегнув портфель, Реклесс задал ему последний вопрос:

– Вы не находите странным, мистер Сетон, что ваш сводный брат пожелал назначить своим наследником вас? Ведь вы с ним не очень ладили.

– Я же объяснял! – возмущенно крикнул Сетон. – Я – его единственная родня, старался быть к нему внимательным. С ним было нетрудно поладить, достаточно хвалить его ужасные книги и проявлять интерес к нему самому. Мне вообще нравится ладить с людьми, когда есть возможность. Ссоры и ругань – не мой стиль. Долго выносить его общество я бы вряд ли смог, но ведь я наведывался сюда нечасто. Говорю вам, после августовских праздников мы с Морисом так и не повидались.

И потом, ему было одиноко. Я остался его единственным родственником, и Морису нравилась мысль, что он все-таки не один на белом свете.

– Значит, вы поддерживали с ним отношения из-за его денег, а он с вами – из страха остаться совсем одному?

– Наверное. – Сетона трудно было смутить. – Такова жизнь. Всем нам чего-то друг от друга надо. Вот вас, инспектор, кто-нибудь любит просто за ваши красивые глаза?

Реклесс встал и вышел.

Дэлглиш последовал за ним. На террасе они постояли молча. Ветер крепчал, но солнце по-прежнему сияло, золотя все вокруг. Реклесс присел на ступеньку короткой лестницы, ведшей с террасы на узкую полоску газона и на край уступа над морем. Дэлглиш, решив отчего-то, что ему не следует стоять, потому что это ставит Реклесса в невыгодное положение, сел рядом с ним. Неожиданно холодные камни напомнили о призрачности осеннего тепла.

– Отсюда на пляж не спуститься, – проговорил инспектор.

 – Удивительно, что Сетон не позаботился о собственном спуске. Ему приходилось брести до Таннерс-лейн – неблизкий путь!

– Да, высоко, и сплошная скала. Вырубить лестницу было бы непросто, – объяснил Дэлглиш.

– Возможно. Странный он был все-таки человек! Суетливый, однако методичный. Взять его картотеку. Он черпал свои сюжеты из газет, журналов, из разговоров с людьми. Иногда сам придумывал. Все они аккуратно собраны в каталог, ждавший применения.