Временщик

— Но что-то кони мне попались привередливые. И дожить не успел, мне допеть не успеть… — раздалось из комнаты.

Нет, к Владимиру Семеновичу я относился уважительно. Однако не очень надеялся сегодня его услышать в своей квартире. Медленно, не снимая ботинок, заглянул в зал. И чуть не расхохотался. Картина маслом, не сказать иначе.

На собранном диване, закинув ногу на ногу, сидел Лапоть. Правой рукой он делал некие дирижерские пассы, а левой держался за лоб. И даже подпевал. Точнее, открывал рот и попадал в слова.

Я, уже не таясь, зашел в комнату. Одна из половиц подо мной скрипнула, и домовой так подпрыгнул, что чуть не оказался на люстре.

— Хозяин, ты чего? — спросил он, уставившись на нож.

— Музыку слишком громко слушаешь. Соседи жалуются. Вот, просили поговорить, — пошутил я, убирая клинок.

Подошел к работающему ноутбуку. В открытой вкладке было набрано словосочетание «душевная музыка».

— Ты компом пользоваться умеешь?

— Прошлый хозяин научил. До того как…

— Ну, договаривай.

— До того, как кампюхтер водой не залил.

Нечаянно.

— Ну еще бы, у тебя по-другому не бывает.

 Я прошелся по квартире, проверяя, не разрушил ли что-нибудь еще тайфун по имени Лапоть. Нет, на удивление, все в порядке. Окно вставлено, двести рублей на тумбочке. Оказалось, что домовой еще сторговался с бригадой. На плите сводил с ума запахами бефстроганов. Даже руки мыть не стал. Наложил себе восхитительные, мелко нарезанные кусочки мяса и под протестующий вопль Лаптя — мол, соус должен быть теплым — принялся есть.

Домовой смотрел на меня со страхом. Так глядят на голодающих детей Африки, которым прислали гуманитарную помощь. Я даже бровью не повел. Поэтому Лаптю не оставалось ничего кроме как отвернуться и заварить чай. Кстати, а что если покачать новую способность… Я протянул руку в сторону стоящего ко мне спиной домового и применил Отвод глаз.

— Балуешься, хозяин? — не поворачиваясь, спросил Лапоть.

Мда уж. Зато выяснили, что навык Мистицизма у подопечного гораздо выше моего.

Оставшуюся часть дня я провел, занимаясь всякой фигней. Поиграл в третьих «Героев», сделал несколько подходов на отжимание в тщетной надежде повысить Атлетику, порастягивался. Хотел еще поднять Иллюзии за счет Света, но вовремя спохватился, что снаружи это может выглядеть заметно. Пришлось идти в туалет.

Зрелище было странное. Полуголый, в трусах и плаще, со светящейся рукой. Как говорила моя мама, без штанов, но в шляпе. И успеха особого не принесло.