Временщик

И перейдете по нему, — кивнул зверолюд, беря принесенное пиво. Он быстро полакал его языком, после чего двумя огромными глотками выпил. — И так до самой резиденции Видящих.

— Здорово, — кивнул я, — так и поступим.

— Серега, — толкнул меня Ян, — а ты уверен, что оно того стоит? Если не получится, то с нас ох как спросят!

— Поэтому вы и не пойдете. Еще не хватало всех подставлять. Видящие ищут меня и не успокоятся, пока не найдут. Единственный вариант — это прийти в гости самому. Но только внезапно, без предупреждения, для разговора с главным.

И с весомыми аргументами,  — я бережно погладил нож и задумчиво посмотрел на приятелей.

— Если только среди них нет Пророков, — заметил Ян.

— Пророк не всесилен и не может рассчитать все варианты, — поправил его Лиций. — Вот Оракул — другое дело.

— Надеюсь, среди Видящих нет Оракулов.

Моя реплика почему-то рассмешила собеседников. Они не прыснули, как пишут в джентльменских книжках, а натуральным образом заржали.

— Можешь быть уверен, — сказал Ян, — Оракул в Отстойнике только один.

И он не принадлежит ни к одному Ордену.

— Тогда все может выгореть, — я встал, пожимая руки. — До завтра.

— В два, — кивнул Ян.

До дома добирался со всей предосторожностью. Проехал на одну остановку дальше и шагал «огородами», выйдя аккурат в своем дворе со стороны гаражей. Зашел в подъезд, поднялся, открыл дверь. Встретила тишина и умопомрачительный запах «хвороста». Открыл дверь, разделся и чуть ли не бегом направился на кухню. На тарелке, накрытой другой тарелкой, лежали вафельные трубочки.

Еще мягкие, тающие во рту. Без ничего, правда, а не со сгущенкой. Хотя известно почему. Не покупал я волшебную бело-голубую баночку.

— Лапоть, чего натворил? — с набитым ртом спросил я.

— Ну, там… уронил, — донеслось откуда-то то ли сверху, то ли со спины.

Меня аж пробрало: музыки нет. Не слышно хрипловатого баритона Высоцкого, которого так любил домовой. Я бросился в комнату, включая жирными пальцами компьютер. Две минуты томительного ожидания, но мои опасения не оправдались.

Все нормально.

— Лапоть, иди сюда.

Домовой материализовался рядом.

— Чего сломал?

— Уронил, — коротко ответил мой иждивенец и указал на телевизор.

Тот у меня представлял собой инсталляцию, обозначающую переход от старых технологий к новым. Один из первых, LEDовских, на тяжеленной подставке, купленный с рук. Не сказать, что я и пользовался им часто, да и вещь далеко не первой необходимости. Включил и увидел в левой части экрана битые пиксели.