Аргилай. Возвращение домой.

Лаи шлепком по заду согнал с колен девушку.

- Кто его спрашивает? – отложив в сторону кость и вытирая рукавом свой рот от жира, громко спросил Жак.

- Я Терлик из рода Макларенов. Со мной мои родственники и друзья. – представил тот свой отряд.

- Я Аргилай. – хрипло и не громко ответил Лаи. – Игра сегодня была славной. А наша победа заслуженной и честной.

Глаз горца, заплывший от синяка, дернулся.

- Зачем ты явился на мой праздник в доспехах и при оружии Терлик из рода Макларенов? – спросил рыцарь.

- Сейчас в королевском войске только и разговоров, что о герое Драгана, Камне Ярости.

Сам принц Дин велел славить его имя и воздавать почести. Но не во все, о чем судачат, можно поверить. – с легкой ухмылкой закончил сыроед.

Над столами пробежал гул недовольства. Аргилай нехорошо прищурился и медленно поднялся с лавки.

- Но сегодня мы стали свидетелями необычайной хитрости и героизма сэра Аргилая, героя Драгана. – неожиданно для всех, улыбнулся Терлик из рода Макларенов. – И теперь мы хотим предложить тебе нашу верность и наше оружие, сэр Аргилай.

Ты примешь нашу службу?

Горцы одновременно, все, как один, сняли с плеч алебарды, опустились на правое колено и положили перед собой свое грозное оружие.

Несколько мгновений, показавшихся многим, вечностью, Лаи пристально смотрел на кангалов. А затем засмеялся и приказал:

- Ну-ка парни, двиньте задницы! В нашем отряде пополнее! Я принимаю твою службу и службу твоих родственников и друзей, Терлик из рода Макларенов! Ешьте, пейте и веселитесь!

Аргилая разбудил глухой перестук копыт по земле и лошадиное ржание.

Огонь в жаровнях давно погас, но угли еще не успели остыть, и над закопченными черными решетками поднималась тонкая струйка дыма. Холодный осенний ветер нанес золы из костра на теплый шерстяной плащ с меховой подкладкой, такой же серой, как выдавшееся туманное утро.

Лаи откинул плащ, в котором, завернувшись, спал возле жаровни, и с удивлением обнаружил рядом с собой ту девушку, что на пиру сидела у него на коленях.

Рыцарь сонно растер лицо ладонями и огляделся. По месту их ночной попойки, которое трудно было назвать лагерем, бродил оседланный табун лошадей.

- Доброе утро, сэр! – лукаво и чрезмерно бодро поприветствовал Жак Стальные Яйца, словно и не пил вчера до глубокой ночи.

- Доброе. - прохрипел Лаи. – Что это такое, Жак?

- Вчера вы приказали достать лошадей. Или нет, сэр? – нарочито удивленным голосом переспросил оруженосец. – Пока только тридцать голов.