Аргилай. Возвращение домой.

- Решила познакомиться твоими гостями, которым ты устроил очень горячий прием.

- Гвардия Хадна-ара. – нахмурился Ломонд. – Но сейчас не до разговоров. Ты больна, тебе необходим плотный ужин, а затем в кровать и спать.

- Ну, пааап, - взмолилась Трица. – Я спала всю дорогу.

- Не спорь с отцом. – отрезал маг и обратился к Мамбе. – Неси ее наверх, в мои покои.

- Его зовут Баклажан! – Лиса представил чернокожего воина и довольно улыбнулась.

Комната в башне была небольшая и довольно холодная. Из-под деревянной двери с кованой ручкой и дубовым засовом, ощутимо сквозило.

За разноцветным стеклом стрельчатого окна, сгущались сумерки. Трица лежала на просторной кровати с балдахином. Ломонд что-то варил в медном котелке причудливой формы.

- Узнаю твою работу, отец. – арт-три с восхищением рассматривала высокую спинку кровати. Резец мастера искусно подчеркнул красоту древесины Мурдского дуба. – Не будь ты магом, мог стать отличным столяром.

- Я и так отличный столяр. - старый маг протянул дочери большую глиняную миску, над которой поднимался ароматный пряный пар.

– Но, увы, не всегда есть время заниматься любимым делом.

- Это волшебное зелье, которое поставит меня ноги? – обрадовалась женщина.

- Почти. – улыбнулся Ломонд. – Это куриный бульон. Пей.

Арт-три скорчила недовольную гримасу, но приняла миску и сделала острожный глоток.

- Я осмотрел тебя. Ты совершенно здорова. – маг оправил оделяло в ногах дочери. - Но организм истощен. Сон, обильная еда и физические упражнения на свежем морском воздухе быстро поднимут тебя на ноги.

Пару месяцев и ты огурцом.

- Зеленая и в пупырышек? – уточнила Трица и с громким звуком отхлебнула бульона, наваристого и вкусного. – Пару месяцев это очень долго. Можно мне все-таки зелья?

- Конопушка. – тяжело вздохнул Ломонд и, с упреком, посмотрел на свою дочь. – Я же объяснял тебе - зелья вредны. Одно они лечат, другое калечат. Мы должны лишь помогать нашему телу, использовать его резервы для выздоровления, а не вмешиваться в естественную работу внутренних органов.

Маг встал и подошел к столу, заваленному свитками. Зажег несколько свечей на тяжелом металлическом подсвечнике, прикрыл окно.

- Отец, я хотела спросить… - широкий зевок не дал ей договорить.

- Лису и хм, Баклажана, я разместил в соседней комнате. – недослушав ответил старик. - У них есть все необходимое.

- Я не о том. – она поставила опустевшую миску на прикроватную тумбу, опять зевнула. Веки тяжелели, язык слегка заплетался. – Твоя борода.