Аргилай. Возвращение домой.

Если по забывчивости, или какой-либо другой причине, Вы случайно ошибетесь или перепутаете что-то - совет истолкует это не в пользу Лаи.

- Я Вас поняла. - окатив собеседника ледяным взглядом, ответила Трица и продолжила свой рассказ, стараясь ничего не утаивать.

Слушали ее очень внимательно.

Когда она закончила, день уже начал клониться к вечеру. Но никто не заикнулась прервать совет на обед или отложить до завтра.

- Очень увлекательно. - покивал Великий Магистр. – Благодарю за рассказ. Герд, твое мнение?

Маг с неприметной внешностью, сползший за время долгого рассказа по стулу в положение полулежа, вернул свое тело в сидячую позу и потер затекшую шею.

- Я не услышал повода сомневаться в ее словах.

- Волшебно. – старик протянул руки к огню. – Теперь нам надо решить…

- Великий Магистр, - перебил его отец Трицитианы. – Перед тем, как совет примет решение, я хотел бы взять слово и напомнить совету, то, что уже однажды рассказывал.

- Конечно-конечно, - кивнул магистр, растирая руки и согревая их теплом камина.

– Мы будем рады выслушать тебя, почтенный Ломонд. Каждое мнение сейчас важно.

- Благодарю. – отец Трицы учтиво поклонился, приложив руку к сердцу. – Уважаемый совет, как вы знаете, мной была найдена древняя рукопись в эльфийской библиотеке. Вероятнее всего, эта рукопись датируется временами изгнания Создателя. В ней я прочел одно важно пророчество. Вот как оно звучит. – он громко продекламировал несколько строк в стихотворной форме на эльфийском языке, затем перевел.

– Когда солнце потухнет, камень потечет, алтарь обагриться кровью, а мир покроет пепел; Когда смерть поможет собрать все осколки разбитого сердца последнего из вернувшихся воедино. Лишь тогда возродится Создатель.

- Прекрати! – с нескрываемой ненавистью вскричал, доселе молчавший Репей маг-хранитель портала, и принялся нервно расчесывать свою руку. – Ломонд, твой перевод с эльфийского просто ужасен! Пытаться передать Древнюю речь современными словами, это все равно, что писать картину веником! Я уже не говорю о твоем совершенно кошмарном акценте и полнейших вольностях трактовки.

- Прости, - с трудом сдерживая раздражение, ответил Ломонд. - я не знаток Древней речи, но смысл пророчества я отразил верно. Ведь так?

- Как чистое пение мерзким хрипом! – брызжа слюной, отрезал Репей.

- Ломонд, - Тим-ро-Бай в задумчивости крутил в руках, взятый из беспорядка на столе, маленький складной нож для заточки перьев.