Аргилай. Возвращение домой.

Копыта громко цокали по каменной мостовой.

- Забираем его. – велела Трица, указывая на Тип-топа.

- Нет! – закричал тот. – Я же все рассказал!

- Проверим. – фыркнула наемница.

Аргилай проводил свою наставницу до лошадей и помог ей залезть в седло. Затем юноша вернулся к своднику-рифмоплету, присел рядом с ним на корточки и, после короткого размышления, выдал, чередуя слова и ритмичные движения руками:

- Хей Тип-топ ты оказал себе плохую услугу: подло обдурил меня и мою подругу. Пытался слинять, но тебя поймали.

Подбили, скрутили и поломали. Ты сразу сдрейфил - старика испугался, наделал в штаны и во всем сознался. Теперь воняешь, как зловонная опухоль. Не рифмоплет ты, а тупая выхухоль!

Над городом медленно и неторопливо разгорался рассвет. Первые, робкие лучи солнца, прокладывали себе путь сквозь низкие темные тучи и освещали белоснежные стены домов, окрашивая их в розовый цвет. Утренняя тишина заполняла улицу, в теплом районе, напряженным ожиданием.

Трицитиана долго не могла решиться на то, чтобы открыть дверь, за которой ее ждал приговор.

Дверь в дом, порог которого она переступала несчетное количество раз. В дом, где раньше было уютно и тепло. В дом ее лучшей подруги, дом Искры.

Где-то далеко в городском парке, возможно рядом с Вдовьим прудом, запел соловей. Пробившись сквозь тучи, улицу осветил яркий солнечный луч. Больше оттягивать было нельзя. Трица глубоко вдохнула и толкнула дверь. Аргилай и Лиса бесшумно скользнули следом.

Наемница медленно ковыляла по дому. Под ногами поскрипывали истертые половицы паркета.

Вот прихожая, с такими знакомыми крючками на стене. На каждом крючке маленький набалдашник в виде оскаленной морды рыси с прижатыми ушами. Когда гостей собиралась слишком много, то все мордочки скрывались под оставленными плащами и шляпами. Но сейчас они пустовали.

Вот кухня с овальным столом из темного полированного дерева. Здесь всегда пахло сладкой выпечкой, а по утрам разливался аромат кофе. Искра готовила кофе в обычном котелке, а не в новомодной гномьей кастрюле с зауженным горлышком.

Готовила сразу много, на всех гостей, кто остался переночевать. Трицитиана нигде не пила кофе вкуснее.

Вот гостиная с камином. Тут полутьма, окна занавешены тяжелыми портьерами. Теплый дом Искры с паровым отоплением даже зимой не нуждался в топлении камина. Но когда собиралась большая компания, то огонь зажигали просто для уюта. Сейчас камин был темен, а зола разбросана по полу. На стенах гостиной висели картины.